– Говорил «фиалки», а подразумевал Конри, что, в общем-то, абсолютно верно. Эрн Оринэйр, конечно, испытывает ко мне определенную симпатию, но, уверяю тебя, это – не просто фиалки, – Паленая Сука весело и умильно прижмурилась, разве что хвостом не завиляла: – С личными приказами Его Священной Особы сейчас туго, но для того Князь в мудрости своей и даровал нам чины и звания. Насчет файристянских раскладов я тебя оповестила – и этого довольно, там мы сами справимся, – резидентша показала острые зубы. – А вот княгиня меня беспокоит. И ее сын-революционер – тоже. Не хочется верить, что Аластар Эск начнет вдруг душить собственных детей, но это же необязательно делать лично. В Янамари сейчас весело. В самый раз для такого, как ты. Джойана Шантийская и Рамман Никэйн – вот наша основная задача. Кто лучше шуриа справится?

– Какая тонкая лесть, ай-ай! – паскудный змей воздел очи горе. – Что ж, спасибо за доверие, Умфрэйд. Шуриа с ролфи братья навек, особенно, когда шурианские планы целиком и полностью совпадают с ролфийскими, – капитан шантийских егерей по-свойски подмигнул резидентше. – Напои меня чаем и выдели какой-нибудь коврик, хозяюшка. А я тебе честно отслужу, а? Только завтра.

Все складывалось один к одному, пусть и не идеально. Намерения совпадали с планами, ожидания с возможностями, замыслы с воплощением. А чего еще желать в столь щедрые на разнообразные события и неожиданности времена?

Но вместо крепкого и вполне заслуженного отдыха Джэйфф Элир заполучил под бок непоседу-бессонницу. И устав считать завитки и розетки на потолке, разрисованном геометрическими орнаментами, он взялся размышлять о вещах загадочных – о предопределенностях и закономерностях. Шуриа очень сложно строить планы на срок дольше, чем день вперед, но зато они чаще остальных людей оглядываются назад. Ведь будущее растет из прошлого, как дерево из корней. Из случайной встречи на Соленом Берегу с покалеченной ролфийкой – жертвой кораблекрушения выросла целая история. Да еще какая! Кто мог знать, что пуля, убившая мародера, глумящегося над соплеменницей, попадет в самое сердце Проклятью Сигрейн? Никто. Даже Шиларджи. Как неведомо никому, чем обернется предстоящее путешествие в бушующее Янамари. Но, с другой стороны, они снова окажутся вместе – Грэйн, Джона и Джэйфф, снова там, где опаснее всего, в самом центре событий. Неспроста ведь, правда?

А духи затаились и молчат, и безмолвствуют луны, и, кажется, будто весь Джезим затаился в ожидании перемен. Залег, точно Лютый Зверь – пятнистый могучий кот из шурианских сказок в побуревшую от солнца траву, и ждет добычу – беспечных человечков. И дождется непременно. Народный бунт и новая война снова неминуемо насытят эту землю кровью. И каждый получит свою долю «урожая».

А могло ли случиться так, что четверть века назад ноги не привели бы Джэйффа на Соленый Берег? Еще как могло! Помнится, пузо с утра так и крутило. Сидел бы под кустом со спущенными штанами, и тогда… Он много раз думал на эту тему, развлекая сам себя фантазиями: «Что было бы, если бы». И каждый раз приходил к выводу – обязательно нашлись бы другие исполнители. Не они с Грэйн и Джойаной, а какие-то другие, потому что все случается так, как должно случиться. Тут не нужно быть Великим Шаманом…

Элир тихонько, чтобы не перебудить чутких хелаэнаев, рассмеялся. Легко быть Великим, когда ты – единственный, доживший до нынешних времен, из тех, кто по-настоящему учился шаманству. Так и гусыня на птичьем дворе за лебедя сойдет. Вот уже кого никогда не влекла шаманская стезя, так это Джэйффа. Не иметь ни семьи, ни крепкого дома, отдать свою живую душу во власть духов, век коротать в уединении? Ни за какие коврижки! Он слишком любил жизнь во всех ее проявлениях, чтобы тратить ее на потустороннее. Все там, в Тонком Мире, будем рано или поздно, так лучше уж припоздать. Но когда не осталось никого из истинных шаманов, когда от искусства уцелели только жалкие крохи, то пришлось Элиру вспоминать, чего там бухтел учитель. А тот, между прочим, не ленился повторять: «Интересная жизнь – это не одна, а целых две жизни». Было бы желание, а цель и смысл приложатся.

На Соленом Берегу среди обломков ждала Джэйффа не женщина, но новая жизнь, новые цели и смыслы. Он что – дурак от такого добра отказываться?

Грэйн

Сарайчик, который облюбовала для бивака эрна Кэдвен, на поверку оказался предназначен для хранения сена и всяческого инвентаря, потребного для земледелия. Грэйн затруднилась с определением – то ли овин, то ли гумно. На Конрэнте подобные строения именовались «повить», но как называют янамарцы такое сооружение посреди поля – одни боги ведают. Но не в названии дело. Главное, что в этом то ли сарае, то ли амбаре нашлось отсыревшее, но пока не подгнившее сено, в которое можно было зарыться и спать, спать… И плевать на все.