Читаем Плоды свободы полностью

– Народное представительство и независимость. «Чтобы сам народ помогал себе и управлял собой. Ведь ему только и известны истинные его нужды», – процитировал Идгард.

«И до чего же Рамман похож на Бранда. А ведь по всем законам природы не должен. Положим, характер закладывается в раннем детстве, но как передались неродному сыну все остальные черты? Вот загадка!», – размышляла Сина.

– Чувствуется рука нашего старшего братца, верно?

– Рамман всегда был дальновидным и умным политиком, он никогда не ввязался бы в эту авантюру.

Оправдывать брата, который возглавил мятеж против законной власти, против твоей власти, задача, прямо скажем, сложная.

– Так Аластару и скажешь, – фыркнула княжна.

– Зато теперь у них есть своя богиня-луна. И это случилось благодаря янамарцам. То, чего так и не смог сделать наш отец, – дать полукровкам веру.

«А вот и нет!» – Сина Эск внезапно прозрела. И даже разозлилась на себя. Как же можно быть такой слепой? Вороненые доспехи, драгоценности, экзотические перья и дорогие меха, будто специально отвлекали от самого главного – от неистребимого янамарского упрямства всех этих властных мужчин и гордых женщин. Они, начиная с самого первого Янэмарэйна, пренебрегавшие мнением прочих, плевавшие из века в век на законы и чистоту крови, рано или поздно, так или иначе, но позвали бы свою собственную богиню.

– Сомневаюсь лишь, что папенька желал для своих подданных смешанных кровей всеобщего посвящения богине-Свободе. Неудобная богиня для одержимого Властью, не находишь?

Хотелось бы княжне сказать в край раздосадованному брату что-то утешительное, но факты и упрямая логика не давали ее языку лихо извернуться и выдать желаемое за действительное.

– Сейчас мне безразлично, что скажет отец, что он подумает или сделает, – рыкнул Идгард. – Рамман в плену у Хереварда – это главнее.

– Отправь к Оро переговорщика.

– Как только распогодится, обязательно.

Наследник злился на всех сразу: на Сину – за чрезмерную хладнокровность, слишком уж диллайнскую, чтобы оставаться милосердной, на Раммана – за внезапно прорезавшийся, какой-то шурианский авантюризм, на Меллинтан – за нежелание принять под крыло полукровок, на Алую богиню – за то, что смешала всем карты. Но сильнее всего гневался Идгард Эск на самого себя, на диллайнскую кровь и одержимость Законом, которая сковывает по рукам и ногам почище кандалов. По Закону, чья буква сурова и тверда, его старший брат – мятежник, отец – во всем правый сюзерен, а сестра – подстрекательница к заговору против законной власти.

Где-то средь Янамарских холмов затерялась Джона с эрной Кэдвен. И следует помнить, что невзирая на отвратительную погоду и распутицу, сюда идет Аластар во главе армии. Уж он-то не поступится и крупинкой власти, даже ради мира в Файристе. Не зря же он плел интригу с выманиванием Хереварда из Саннивы?

Рук в отчаянии Идгард не заламывал и нервически костяшками пальцев не хрустел, но пребывал в наисквернейшем расположении духа, чувствуя себя загнанным в ловушку.

Едва слышно скрипнули тщательно смазанные петли двери. Это непреклонный в отношении соблюдения правил этикета Юкин нехотя впустил в комнату простуженного адъютанта.

– Ваше высочество, милорд, вам послание из Дэйнла. Ап-чхи! Парламентер тамошний принес, сказал, что очень важно и в ваши собственные руки. Чхи!

Молодой человек с красным распухшим носом, на кончике которого повисла капля, выглядел совсем больным. Того и гляди свалится с воспалением легких.

– Пригласите его, Вэн.

Вошедший парень в рабочей куртке тревожно мял в кулачище картуз, не ожидая от Эскова наследника ничего хорошего или, упаси Алая, доброго для вестника из вражеского стана. Сразу не приказал расстрелять – уже хорошо.

– Доброго дня… эта… – на язык «послу» так и просилось крамольное «гражданин», но искушать судьбу и юную богиню он не стал. – Ваше высочество. Я тут… эта… письмо принес от гражданина… эта… нашего графа. Извольте.

И не обращая внимания на тихий смешок княжны, со всей тщательностью ответственного человека извлек примятый конверт из-за отворота куртки. Отряхнул от невидимой грязи и со сдержанным поклоном отдал в руки Идгарда. Чтобы, стало быть, князеныш сразу понял, что дело имеет со свободным и независимым гражданином. Впрочем, на чудищ дети кровожадного Эска тоже не походили. Мужчина как мужчина, девица как девица, диллайн как диллайн, все их совиное племя такое – желтоглазое и сизоволосое. Правда, княжна могла бы и посмазливее уродиться.

Идгард тем временем вскрыл послание, быстро пробежался взглядом по исписанной бумаге. У Раммана Никэйна всегда был отличный почерк, точь-в-точь как у Бранда. И выругался так, что, пожалуй, виртджорн Тор и вся команда «Лаунэйд» покраснели бы с ног до головы от стыда. Да что там матросня, даже у Сины порозовели щечки. Янамарец же вообще не разобрал и половины слов, только глазами хлопал в изумлении. Он и не знал, что князья умеют так крепко ругаться.

– Удружил, братец! Ох, удружил!