– Я не имею привычки рыться в чужих вещах, – скрипучим голосом ответила она.

– Тогда взгляните.

Эксперт поднес чемодан к ней, поставил на пол у коляски. Берта тяжело охнула, так как поняла, что все рассказанное о Миле правда. Чемодан был набит долларами. Из кармана крышки чемодана эксперт достал бумаги, протянул Руслану, тот усмехнулся:

– А вот и настоящий договор. О, даже два! Что там еще?

– Печать с завинчивающейся крышкой. – Эксперт передал в руки Руслана круглую печать. – Папка, а в ней… паспорта. На разные имена. Но фотографии…

Руслан раскрыл паспорта веером, показал Берте Станиславовне:

– Вам знакомы эти лица?

– Зачем вы спрашиваете? Это же Мила, – нахмурилась она.

– Девять штук, – подсчитал Руслан и передал в руки Зимина. – Берта Станиславовна, как вы думаете, зачем обыкновенному человеку такое количество паспортов? Зачем еще ваш паспорт использовать? Ведь в договоре ваши данные.

Она молчала, потупившись.

– Насколько я помню, – перебирал паспорта Зимин, – три фамилии у нас зафиксированы. Данные из этих трех паспортов были внесены в договоры аренды, только в разных городах. Остальные посмотрим. Надо же, а ведь документы подлинные, без экспертиз видно. Где она их взяла?

– Выкрала, – выдал собственную версию Сева.

– Паспорта? – пробормотала Берта Станиславовна.

– Что вы сказали? – подхватил Руслан. – Вы что-то знаете?

– Ммм… – застонала Берта Станиславовна, ей было нестерпимо тяжело признать, что ее Милочка обманщица, мошенница, убийца. Но теперь уже и молчать она не имела права. – Не знаю, может, это… Я боюсь оговорить…

– А мы все проверяем, Берта Станиславовна, – подбодрил ее Зимин.

– Проверяете, – презрительно фыркнула она. – Уж кому-кому, а мне известны ваши проверки. Я пять лет на лесоповале отработала, а потом еще десять в поселениях жила. Это так хорошо меня и маму проверили!

– Сейчас другое время, – урезонил ее Зимин.

– Ваше время ничуть не лучше того, – отмахнулась она и отвернулась, раздумывая, говорить или нет. Руслан незаметно показал Зимину, чтобы тот помалкивал. – Ну, хорошо, хорошо. Это было давно, на меня еще не было налета, я ходила на ногах. Мы только познакомились с Милочкой. Она приехала из-за границы, где провела несколько лет. Жить ей было негде, не было прописки. А я сдавала комнату, мне порекомендовали взять ее. Она мне очень понравилась, тем более что платила исправно, была аккуратная, не приводила мужчин. Я согласилась помочь ей и с пропиской, разумеется, временной. У меня была знакомая паспортистка, я отвела к ней Милочку, а уж они договорились.

– Она сразу вам представилась Людмилой? – спросил Руслан.

– Ну да.

– А вы заглядывали в ее паспорт?

– У нее тогда была другая фамилия, иностранная. Людочка хотела поменять ее на свою девичью, так как развелась с мужем.

– И кто паспортистка?

– Два года назад она погибла в автомобильной катастрофе, – сказала Берта Станиславовна. – Но если вам так надо, записывайте…

Зимин записал данные паспортистки, а Руслан задал следующий вопрос:

– Скажите, у вас есть гараж?

– У меня, молодой человек, нет гаража. Я инвалид. Но у Милочки есть. Случалось, она ночевала у меня, а машина у Милы дорогая, не оставлять же ее на улице! Мила добилась разрешения поставить гараж в нашем дворе. Зная мою порядочность, она зарегистрировала гараж на мое имя.

– Ключи есть?

– Нет, у меня ключей нет. Зачем мне ключи?

Мужчины как-то быстро покинули квартиру, а Берта Станиславовна бесцельно ездила в коляске из комнаты в комнату. Случайно милиционеры выронили фотографию. Заметив ее, Берта Станиславовна подняла. С фотографии смотрела юная Мила. Берта Станиславовна расплакалась. Она осталась совсем одна, это печально.

Гараж взломали. Там стояла желтая машина, лежали несколько железных дощечек с разными номерами, а «шашечки» небрежно покоились на полке.

– Теперь улик достаточно? – спросил Зимина Руслан.

– М-да… – только и произнес тот.

Дело шло к вечеру, а необходимо было выяснить еще некоторые детали, поэтому двое человек остались обыскивать гараж, а Зимин, Руслан и Сева запрыгнули в машину.

4