— Пойдем со мной, — послышался нежный голос фэйри. Она присела, глядя на юного лорда, чью руку так не хотелось отпускать. В свете звезд и луны, она казалась еще прекрасней. Теперь ее волосы были не золотыми, а серебристыми.

— Мне нужно дождаться, когда отцу станет легче, — произнес юный лорд. — И тогда я приду, куда вы скажете.

— Может, сейчас? — спросила красавица, прижимая его руку к груди. — Я уверена, что мой отец будет тебе очень признателен.

— У меня есть долг, — строго произнес юный лорд. И тяжко вздохнул. Как это делают мужчины.

— Тогда, до встречи, — нежно прошептала фэйри, осторожно целуя его в щеку. — Пообещай, что придешь! Я прошу тебя!

«Ты — моя судьба. Я выбрала тебя. Ничто в мире не способно разлучить нас. Мы найдем друг друга из тысячи», — шептал ее поцелуй, растекаясь магией по детской щеке.

— Обещаю. Завтра. Завтра твой отец поправится. И мы снова встретимся. На этом самом месте, — прошептала фэйри, глядя на самого мужественного мужчину в своей жизни. — До свидания…

И она растворилась в лесу.

Глава тринадцатая. Принцесса Ольх

Под сводами древнего леса прятался дворец из лунного камня. Он был белым, словно молочным, а при лунном свете отливал голубизной. Офелия скинула капюшон, глядя на те же величественные башни, на бессмертную стражу, которая помнит всех, кто когда либо входили и заходил в сияющие врата.

— Принцесса Офелия! — послышались изумленные голоса стражников. Это были старые — старые тролли, которые видели еще начало мира.

— Я вернулась, — прошептала красавица фэйри, утирая слезы радости. — Где отец? Я хочу видеть моего отца! Немедленно! Папа! Папочка!

Она легким шагом взбежала по ступеням, как вдруг навстречу ей выбежал старый король Ольх. На нем была корона из сплетенных веток и самоцветов, его лунный плащ отливал серебром. Серебром отливали его глаза и седые волосы. Король Ольх был очень стар. Старше, чем горы, старше, чем леса, старше, чем рассказывают в легендах.

— Офелия! — выдохнул король, бросаясь к дочери. А она обняла его так, словно не видела целую вечность. Еще бы, восемь лет в плену кажутся настоящей вечностью. — Дочь моя… Ты где была? Почему на тебе человеческий плащ!

— Папа, — вцепилась прекрасная фэйри, в руку отца, который не чаял увидеть единственную дочь в живых. — Папочка…

— Я думал, эти проклятые люди схватили тебя! Мы искали тебя, девочка! — причитал старый король, гладя золотые волосы дочери. — Мы потратили много сил, много магии, но ты исчезал бесследно…

— Я… я действительно была в плену у людей, — прошептала прекрасная фэйри. — Они схватили меня в день моей свадьбы!

— Ах, Горный король до сих пор места себе не находит! А нам нужен альянс с ним, чтобы заставить этих проклятых людей вернуться обратно в их мир! Он тоже тебя искал! — выдохнул старый король, обнимая хрупкую дочь.

— Папа, я встретила его… Его… Того, кого хочу видеть своим мужем… — прошептала прекрасная фэйри. Они сидели на ступенях возле трона. — Только ему одному будет принадлежать мое сердце…

— Человек? — поднял седые брови старый король Ольх, с тревогой глядя на дочь. — Это человек?

— Да, папа! Это человек! О, если бы ты знал, что произошло, то ты не так не гневался, — прошептала принцесса, положив голову на плечо отца. — Только он еще совсем юный… Но когда он вырастет, я хочу, чтобы он стал моим мужем!

— Неужели? Этот юный мужественный рыцарь спас мою принцессу? — удивился король Ольх. — Моя девочка обязана жизнью этому юному герою? И как же зовут будущего короля Ольх?

— Инкрис Вайкард, — улыбнулась счастливая принцесса, вспоминая серые глаза.

— Это не беда, что он еще совсем юн, — шептал король, поглядывая на золотую макушку дочери. — Я уверен, что из него получится достойный король фэйри…

Он гладил дочь по голове, а его рука внезапно вспыхнула магией. Принцесса не заметила ее, доверчиво прижавшись к отцу.

— Тебе нужно просто успокоиться. Никто не будет выдавать тебя замуж за Горного короля, если ты этого не хочешь. Хоть нам и нужен этот союз против людей, но мы как–нибудь и без него справимся, — шептал старый король, глядя, как волосы дочери становятся все короче и короче. — А мальчика твоего мы примем как родного, со всеми почестями… Он ведь столько для нас сделал… Вернул нам нашу принцессу… Ты устала. Тебе нужно отдохнуть…

Что–то странное происходило не только с волосами, но и с самой принцессой. Ее рука, сжимающая плечо отца стала уменьшаться.

— Награда обязательно найдет своего героя, — шептал отец, глядя макушку дочери и улыбаясь. — Непременно найдет… А ты пока отдохни…

Ее рука уменьшалась и уменьшалась. Дорогие туфли слетели с маленьких ножек, а хвост исчез под платьем, которое внезапно оказалось ей ужасно велико.

— Ну вот и все. Не было ни плена, ни мальчика… Никого не было… , — устало выдохнул старый король, беря на руки грудного ребенка. Эта магия далась ему с трудом. Платье так и осталось лежать на ступенях вместе с туфлями и плащом.