Читаем Пленники тайги полностью

— Нет, мне это не нужно. Мне и здесь хорошо, — ответил Семен, еще раз внимательно вглядываясь в дальние скалы на другом берегу озера чуть — чуть прикрытые по вершинам легкой дымкой.

— А вы, Семен, давно в этих местах?

— Здесь недавно, а в тайге с рождения. Отец в семь лет первый раз на охоту взял. Он у меня то в геологии, то в геодезии работал. Вот с тех пор с тайгой не расстаюсь. А в городе скучно, там люди выживают, а здесь живут.

— Это верно, в городе сейчас хуже чем в джунглях, а в бизнесе вообще,… - он махнул рукой. — Отстрел идет как при облаве на волков.

Говоря это Золотов пристально разглядывал помятую физиономию начальника своей личной охраны. По сравнению со своим цветущим хозяином тот выглядел очень неважно: под глазами набрякли мешки, полковника явно потряхивало не то от утренней прохлады, не то с перепоя.

— Умойся, Степаныч, — посоветовал Золотов. — Сразу ведь проснешься.

Но тот только пренебрежительно махнул рукой.

— Да ладно.

После этого полковник сочно шлепнул себя по шее, и размазав по коже кровь показал ее остальным.

— Ну вот и комарики появились, а то нам здесь слишком хорошо было.

Сделав такое философское резюме Степаныч уже обернулся чтобы уйти, но тут его хозяин сделал ловкую, классическую подсечку и не ожидающий подобной подлости полковник загремел с мостков в темную воду озера. Жуткий вопль, который при этом издал Степаныч, не только распугал окрестных птиц, но и поднял с постелей всех остальных обитателей лагеря. Утонуть своему телохранителю Золотов не дал, ухватив полковника за ворот, он с помощью Астахова втянул того на мостки. Возвращение артиллериста из вод озерных наблюдал уже весь личный состав лагеря на Чайдахе. Вернувшись на твердую поверхность бывший артиллерист с минуту не мог сказать ни слова, только хватал ртом воздух, и Семену показалось, что полковник сейчас врежет Золотову по физиономии, лицо Степаныча побагровело. Но он только выдавил из себя: — Егорыч, ну нахрена?

— Вот, зато сразу проснулся, — подбодрил его миллионер. — Беги к костру, переоденься.

Трясущийся от холода полковник, судорожной фигурой и походкой похожий сейчас больше на королевского пингвина неуклюже поскакал к костру, догоняемый доктором с неизменной порцией лечебного «Абсолюта». Уже к костру ему принесли полотенце и сухую одежду. При этом Димка не удержался, что-бы не подначить своего непосредственного начальника.

— Степаныч, хочешь я тебя по блату в секцию моржей запишу? Тебе понравится, ей богу! С самим Лужковым в одной проруби сидеть будешь.

Полковник сыпанул матом с артиллерийской убойной силой, чем еще больше развеселил всю компанию.

— Димок, покажи класс! — подначил напарника рыжий собаковод, машинально почесывая вздувшийся после проигранных вчера убойных шелбанов штангиста лоб. Того и уговаривать не пришлось. Улыбаясь со снисходительностью Гулливера в компании лилипутов доморощенный Геркулес так же как вчера обнажился до костюма Адама, демонстративно поиграл могучей мускулатурой и разбежавшись по мосткам красивейшей ласточкой вошел в воду. Весь контингент о отдыхающих, включая вертолетчиков, сгрудился на берегу ожидая триумфального возвращения «Речного царя». Шли секунды, но парня все не было.

— Дает Димок! — восхищенно мотнул головой рыжий Сергей.

Пошло еще с полминуты прежде чем до всех присутствующих дошло истинное положение вещей.

— Мать твою!.. — воскликнул Степаныч, взбегая на мостки и сдирая на ходу с себя теплую куртку. Вслед за ним в холодную воду с плеском и шумом прыгнули Золотов и Попов. Всем троим начальникам вода в этом месте оказалась по грудь, они ныряли по очереди и вместе, и вскоре вытащили на поверхность громоздкое тело охранника. С мостков уже протягивали руки сразу несколько человек, и стоящему на берегу Астахову было видно, как быстро русая голова Димки окрасилась алым цветом.

Телохранителя выволокли на берег и уложили на тонкий полиуритановый матрасик, еще вчера используемый этим же самым Димкой для вечернего отдыха.

Теперь уже всем командовал доктор, и надо отдать ему должное, делал он это грамотно и деловито.

— Паша, давай быстро его через колено, выливай воду из легких. Вот, хорошо! Теперь массаж сердца, давай, жми! Серега, быстро в палатку, принеси мой чемоданчик, да не стой же как пень! Василий, принеси плед, надо его укрыть!

Астахова поразило, что врач совершенно перестал заикаться, выглядел собранным и деловитым. Он как шведов гонял растерявшегося кинолога, повара Василия, и даже мощный Паша безропотно выполнял все его распоряжения. Вскоре это принесло свои плоды. Кандидат в утопленники начал дышать, более того, даже пришел в себя, правда не надолго. Когда минут через пять к импровизированной реанимации подошли уже переодевшиеся Золотов и Степаныч, Астахов услышал такой короткий диалог.

— Ну, как он? — спросил Золотов, кивая на безжизненное тело несостоявшегося речного бога.

— Плохо, — ответил Андрей, старательно бинтуя голову телохранителя. На что он там напоролся? Тяжелейшая черепно-мозговая травма.

— Коряга там лежала, здоровая, сука, — тяжело вздохнув ответил полковник.