Читаем Племянница жены полностью

Идиотским решением было купить жене салон красоты. Хотел, чтобы она занималась любимым делом, чтобы не ждала меня, как верная собачка дома, развивалась. Что ж, за что боролись, на то и напоролись. Жена учится слушать глупости своих клиенток, которые возомнили себя гуру семейной жизни. Хотя меняют мужей, как перчатки. Насоветовали, что ее губы слишком тонкие, что такие мужикам не нравятся. И жена накачала их, не спросив моего мнения на этот счёт. Но я-то женился на ней такой, и люблю ее такой, какая есть. Теперь они советуют увеличить грудь.

В последнее время мы только ссоримся. Я решил что-то исправить, пока не стало слишком поздно. Поездка на Доминикану помогла. Мы провели это время, как в раю. Купались, гуляли, вели непринужденные беседы. Я видел в жене снова ту восемнадцатилетнюю девушку, которую полюбил много лет назад. Но стоило только вернуться домой, как клиентки стали пудрить ей мозги всякой чушью.

— Я все равно вставлю импланты! Это мое тело, что хочу с ним, то и делаю! Никогда бы не подумала, что ты такой ханжа и тиран!

— Спать то мне с тобой, а не им! Я не хочу тискать резиновый экспандер. И ещё! Твои губы просто ужас! Я не хочу целоваться с надувной Зиной. Верни их лосю! — конечно я понимаю, что переборщил. Накипело, что так давно копилось. Я повидал таких девушек фабричных у своих партнеров по бизнесу. Все, как под копирку. Невозможно угадать кто из них кто. Красота она же в индивидуальности.

Вика поджала губы, а потом воинственно посмотрела на меня.

— Ну и не спи, найду кого-то другого!

— Что ты сказала? — угрожающе надвигаюсь на жену.

— А что? Будет моим губам пара. Муж — рогатый олень.

Я ухмыляюсь, бегу за женой, она с визгом убегает. Хохочет. Догоняю её в спальне и валю на кровать.

Погоня раззадорила нас обоих. Мы тяжело дышим, смотрим друг на друга по-новому.

Я накидываюсь на ее губы, снимаю одежду. Вика в ответ раздевает меня. Эта страсть, которая в последнее время погасла, вспыхивает между нами и я наслаждаюсь каждым мгновением. Может у нас не все потеряно? Есть шанс?

Когда жена остается в одних трусиках, раздается звонок в дверь.

— Нас нет дома, — раздраженно говорю, хватаюсь за резинку трусов. Мне нужно удовлетворить голод, который не появлялся со времен института.

— Подожди, — Вика останавливает мою руку. — Анжелика должна прийти, — Анжелика это её клиентка и подруга, которая пока Вика не видит, пытается меня соблазнить. То на бедро невзначай руку положит, то трётся об меня силиконовой грудью четвертого размера. Мне поет, что я лучший мужчина в мире и что Вике со мной повезло, а жене, что с ее красотой она смогла бы найти себе получше. Понятно, что я не перевариваю её на физическом уровне.

— Позвонит и уйдет! — говорю под трель звонка, потом раздается стук. Вика смотрит на меня взглядом: вот видишь! Встает, надевает халат.

— Аааа! Чертова подруга! Чтоб у нее весь силикон полопался! — утыкаюсь в подушку, пытаясь унять стояк.

Слышу крики из коридора. Голос женский, но эта не Анжелика. Одеваюсь и выхожу. В коридоре стоит девушка. Откидывает назад темные с рыжиной волосы и смотрит зелеными глазами.

— У вас и муж есть, — осматривает коридор. — И живете в роскоши, — говорит таким голосом, как будто обеспеченность это преступление. — Почему же не приехали? Не помогли маме, когда она так в вас нуждалась? — мне хочется защитить растерянную жену, которая утирает слезы.

— Девушка, а вы вообще кто? И по какому праву наезжаете на мою жену?

— Я ее племянница.

— Кто?! — смотрю на жену. — У тебя есть сестра? — девушка усмехается и скрещивает руки на груди.

— Я смотрю он тоже не в курсе. У нее была сестра. Теперь нет. Умерла, — жена всхлипнула и кинулась мне на грудь. Я машинально гладил её по голове, успокаивал, а сам думал. Как так получилось? Ведь при нашей встрече жена сказала, что сирота. Что все её родственники разбились на машине.

Снежана

Сегодня девять дней, как я похоронила маму. Она умерла от рака. Нужны было много денег для лечения, был шанс спасти. Я бросила институт, мы продали нашу комнату в общаге, устроилась на мойку, вечером работала официанткой в клубе.

Но сумма никак не собиралась. И вот я нашла эти отравляющие и калечащие душу письма. Оказывается у меня есть тетя. И мама ей писала. Рассказывала о нашей жизни, просила помочь, потому что не могла смотреть, как я вкалываю на двух работах. Просила не для себя, а из-за меня, потому что ей было жаль меня. Но письма, судя по конверту, даже не открывались и отправлялись назад адресату.

Я прижала их к груди, словно маму, которую больше не смогу обнять. И ревела.

Хочу узнать эту бессердечную женщину, плюнуть ей в лицо. Как можно отказываться от родни? Я за маму готова была душу продать. Она была замечательным человеком. И я не понимала, как можно было ее не любить?

В отличии от нее, я не была ангелом. Мне до жути захотелось отомстить своей тетке. Чтобы она заплатила за смерть сестры.