Что сделано, то сделано. К черту Калеба и эту дешевку Хуберта Фрезье-младшего. Уж Хуберта-то жалеть совсем не стоит после того, что произошло в прошлом году.

Дру нежно провел пальцем по щеке Тори. О, он так и знал, что будет ненавидеть себя за содеянное. А Калеб, несомненно, убьет его за то, что он сделал с его дочерью. Но все это не имело никакого значения, когда он смотрел на обворожительное лицо Тори. То, что произошло между ними, было похоже на сказку. И не стоит думать о чем-то постороннем в эту ночь.

– Знаешь, близость с другими женщинами никогда не вызывала у меня подобных ощущений, – произнес он хрипловато. – И я знаю, что за это мне придется заплатить. Но пока, малютка, я хочу показать тебе все возможные способы того, как доставить мне удовольствие.

Стоило ему коснуться Тори, как она отдалась ему, забыв обо всех обидах. Она не думала ни о завтрашнем дне, ни о последствиях. Все теряло значение, когда она оказывалась в объятиях Дру. Он гнал прочь все мысли, и Тори начала понимать, что все доселе происходившее было лишь первым шагом во вселенную необузданной и дивной страсти. Ласки Дру открыли ей новый мир, она открыла саму себя. Его благоговейные поцелуи приводили в дрожь ее плоть, волна экстаза окатывала ее.

Они шли рядом по этому царству наслаждений, забыв о прошлом, о настоящем. На эту ночь они сбежали от условностей жизни, чтобы испытать чудесные ощущения, даруемые любовью.

Пережив всплеск страсти, Тори уплыла в мир сновидений, расставшись на время с реальностью. Дру задумчиво разглядывал тонкие черты лица Тори. Он медленно скользил пальцем по ее влажным губам, пытаясь разобраться в противоречиях, которые преследовали его. Что же теперь делать с этой искусительницей? Дру думал, что после второй близости очарование исчезнет. Но этого не произошло. Тори восхищала его естественной нежностью и ласками, которые шли от сердца, а не от разума. Обучая ее секретам страсти, он отдал ей часть самого себя. Даже чувство вины за погубленную невинность не уменьшало его желания.

Боже всемогущий, что же теперь делать с этой страстью, с желанием любить ее вновь и вновь, всю ночь напролет?

От мучительных мыслей по спине пробежали мурашки. Дру провел рукой по бедрам Тори и разбудил ее. Неугасимое пламя рвалось наружу, и утолить его можно было только одним путем. Дру прижался губами к губам Тори и снова погрузился в это пламя, пока оно целиком не поглотило его…

ГЛАВА 12

Тори проснулась с сильной головной болью, но ничто не могло омрачить те радостные ощущения, которые переполняли ее. Прошедшая ночь стала ночью чудесных грез и небывалых переживаний.

Тори озарила догадка, что впервые в жизни она влюблена; именно неопределенность и мучила ее всю прошедшую неделю. Теперь же она была абсолютно в этом уверена. После продолжительной помолвки с Хубертом Каррингтоном Фрезье-младшим Тори точно знала, что значит не быть влюбленной. Она хранила свои чувства для Дру и хотела, чтобы со временем они не угасли.

Радость охватила Тори, она протянула руку и пальцами провела по лицу Дру – он был спокоен. С любовью она погладила его лицо, подбородок, грудь, возбуждаясь от этих прикосновений. Вспоминая восторг минувшей ночи, она залилась румянцем. Прости ее, Господи, за все, что она совершила. Она, аристократка, которая всегда вела себя сдержанно и с достоинством в любой ситуации.

Дру открыл глаза и увидел перед собой лицо ангела. С восхищением глядел он на хрупкую нимфу, чьи пышные волосы напоминали водопад солнечных лучей и лунного огня. Дру думал, что, проснувшись, станет сожалеть о ночи, проведенной вместе. Но он ничуть не жалел о том, что познал скрытые страсти, спрятанные в изысканной раковине, окружавшей Тори. Она была воспитана и подготовлена к тому, чтобы стать настоящей леди, но стоило кокону упасть, и… У него сердце замирало при мысли о том, какие радости еще таит в себе эта великолепная красавица.

Дру попытался прогнать эту мысль прочь. У него – грубого обитателя Запада, и у нее – изысканной аристократки с Востока, не могло быть общего будущего. Эдгар и Гвендолин Кассиди обладали слишком большой властью и могуществом и легко могли вернуть Тори в свой мир. Дру знал – он сумеет принести Тори лишь беды. И ее щеголеватому жениху тоже. Хуберт недостоин Тори. Дру еще посмеется над этим хитрым, но мелким чурбаном, который так и не смог открыть очарование Тори.

Как лев, восставший ото сна, Дру приподнялся и с силой обнял Тори. Она почувствовала, что тает от удовольствия, и не собиралась этого скрывать.

– Ты хорошо спал? – пробормотала она, почти касаясь его чувственных губ.

Сдавленный смех был ответом.

– Если ты помнишь, я почти не спал, – промурлыкал он тоном соблазнителя. Тори улыбнулась.

– Прости, что разбудила тебя, – произнесла она таким же тоном.

– Ты не сна лишила меня, малышка, – прошептал он, – ты лишила меня возможности контролировать свое поведение.

Ножка ее скользнула между его ног, и Дру был потрясен, как быстро Тори стала умелой соблазнительницей, как легко она возбуждала его.