– Большая часть моего образования – результат жизненного опыта, – проговорил Дру, не в состоянии сдержать невольное негодование. – Мне едва сравнялось пятнадцать лет, когда случилась беда с родителями, и я понял, что ответственность за семью ложится на мои плечи. Ни один из моих братьев не учился подолгу – мы работали на ферме. Я оставил за старшего Джона Генри, а сам пошел искать работу. Я прошел непростую школу жизни и научился получать от нее тычки, выживать благодаря уму и силе. Единственное, что поддерживало меня, это мысль о братьях, которые вынуждены существовать лишь на мои заработки и на те деньги, которые они получат от продажи небогатого урожая. Такая сложная жизнь продолжалась очень долго.

– А я очень долго жила мучительной мыслью, что мой собственный отец от меня отказался, – вздохнула Тори. – Хотя Эдгар не скупился на подарки, мать держала меня на привязи. Единственным моим убежищем были книги. И я не уверена, что лучше: утонуть в вакууме или бороться всеми силами за выживание.

– Всегда лучше там, где нас нет, – произнес Дру, наливая себе еще вина. – Постоянные поиски чего-то лучшего – это наше вечное проклятие. – Он наполнил стакан и поднял его. – Выпьем за лучшие дни.

– За вечнозеленые дни! – проговорила Тори, чокаясь с ним.

Дру не имел ни малейшего представления о том, что именно она имеет в виду, но осушил стакан до дна.

– За ветер! – усмехнулся Дру. – Который донесет нас до Монтаны!

Затем он поднялся из-за стола.

– Пойдем потанцуем, – предложил он слегка дрожащим голосом. – Я ни разу не танцевал с такой девушкой, как ты.

– С удовольствием. – Тори поглядела на красавца великана и пожелала, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Наступило наконец ее время!

На рассвете, поддерживая друг друга, Дру и Тори возвращались из ресторана в гостиницу. По дороге Дру научил ее нескольким разбитным песенкам, от которых у Гвен волосы бы встали дыбом. Но Тори и глазом не моргнула. Дру уделил ей столько внимания, а она наслаждалась каждым проведенным вместе с ним мгновением.

– Знаешь, я не думала считать тебя скучным и глупым, – говорила Тори заплетающимся языком. – Ты не скучный, нет. Наоборот, ты очень, очень, очень веселый… – Тори икнула и захихикала. – Извините… И я хочу провести с тобой ночь, я хочу снова увидеть тебя раздетым…

Откровенное замечание Тори рассмешило Дру. Последние запреты были сняты, она была свободна, говорила и делала что хотела.

Но когда они подошли к ярмарочной площади и Дру, обняв Тори, попытался снова закружиться по танцевальной площадке, ее игривость улетучилась. Весь мир сузился до Дру. Она не видела никого, кроме этого мускулистого гиганта, который держал ее в своих мощных руках. Дру был легок в движениях и проворен. Его тело касалось ее тела, напоминая о запретных ласках и страстях. Тори почувствовала, что начинает пылать от желания.

– Где ты научился так хорошо танцевать? – спросила она, пытаясь подавить волны наслаждения, охватившие ее. Они ведь просто танцуют. Боже милостивый. Если она вовремя не остановится, то, пожалуй, начнет воображать себе неизвестно что.

– На золотых приисках Калифорнии и Невады, – пробормотал он невнятно, затем широко улыбнулся, и Тори чуть не растаяла от удовольствия. – Там было мало женщин. Мы по очереди танцевали за дам. А ты?

– Меня обучал этому учитель танцев, которого нанял отчим, – ответила она.

Когда музыка кончилась, к ним подошел приятной наружности молодой человек и хотел было пригласить Тори на следующий танец. Но Дру не позволил ему занять свое место. Дру намеревался всю ночь развлекаться в обществе этой обворожительной нимфы, решив погрузиться в причудливые фантазии. Завтра он наденет дорожный костюм, и они продолжат нелегкое путешествие. Но сегодня… сегодня ночью он и Тори открыли для себя свое собственное царство, где все замки – воздушные.

ГЛАВА 11

Над ярмаркой носился аромат пунша. Дру и Тори взяли себе по порции. В темноте горели факелы, и музыка звенела в воздухе. Ночь была великолепна, и Тори поклялась, что никогда не забудет радость, которую доставил ей Дру. Они пили и танцевали, пока музыканты наконец не устали… и, уложив инструменты, не разошлись по домам. Тори не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась. Впервые она оказалась на празднике в обществе мужчины и никакой бдительной бонны поблизости не было. А то, что именно этот мужчина ей нравился и ухаживал за ней, – усиливало значительность момента.

– Я никогда так не веселилась, – заявила Тори слегка заплетающимся языком.

У Дру рот расплылся в глупой ухмылке, когда Тори выпустила его руку и попыталась продемонстрировать несколько сложных танцевальных па в вестибюле их гостиницы. Как бы грациозна она ни была, но алкоголь оказал на нее свое действие. Исполняя очередной пируэт, она наступила на подол платья и замахала руками, как ветряная мельница, чтобы удержать равновесие. Несмотря на замедленную реакцию, Дру все же подоспел вовремя и сумел ее подхватить, так что Тори не врезалась в стену.