Читаем Пламя под пеплом полностью

Эти посулы несколько успокоили представителей гетто. Истолковали их так, что пока гетто ликвидация не грозит, тем более, что немцы согласились и аннулировать приказ о выдаче гестапо тех, кто пришел в гетто после 5 апреля, а вдобавок, выпускают из тюрьмы еще десять евреев.

В тот же вечер Генс собрал на совещание начальников отделов юденрата, офицеров полиции, а на следующий день — всех «колоннфюреров» — бригадиров. На этом собрании он делает обзор событий. Признает, что немцы его дьявольским образом использовали… Но предостерегает против паники, охватившей гетто, призывая восстановить порядок. Честно говоря, не в его силах сделать так, чтобы акции не повторились, поскольку число безработных в гетто значительно возросло, но навести прежний порядок необходимо. Ничто не угрожает гетто. Надо выиграть время.

Вайсу пришла в голову садистская идея — послать евреям сувениры от их умерщвленных братьев — имущество, которое несчастные брали с собой. Сначала Генс отказывался принять одежду, но затем передумал — жители гетто голодные и оборванные, а тут дают вещи и продукты. Да и как он объяснит Вайсу свой отказ, когда сам недавно ходил к нему с просьбой о помощи гетто? Да разве не лучше, чтобы вещами пользовались евреи, а не их заклятые враги?

И несколько дней кряду в гетто приходили груженые подводы. Здесь были узлы, находившиеся в полной неприкосновенности с момента, когда их увязали руки владельцев; везли мебель, провиант, кухонную утварь, все, что находилось в вагонах. Жители гетто, глядя на разгрузку телег, проклинают тех, кто принял этот «подарочек». На улицах плачут женщины, но находятся и такие, кто непрочь поживиться и ищет случая что-нибудь стянуть.

С телег на склады «зимней помощи» поступили горы вещей: детская одежда, мужская обувь, подсвечники, мешочки с филактериями,[27] кастрюли, перины. Сегодня в гетто хлеба вдоволь, хлеба, который взяли с собой и даже не успели переломить наши погибшие братья и сестры. Теперь на столах громоздятся буханки, и комиссия по вспомоществованию торопится распределить их среди голодных. Много булок со следами крови; их выбрасывают на помойку.

После этих событий, как бы в ответ на все вопросы, мучившие гетто, появился боевой устав ЭФПЕО. Чудом сохранились эти стертые, пожелтевшие страницы; так пусть же они говорят за тех, кто ушел безвозвратно.

БОЕВОЙ УСТАВ ЭФПЕО

(Составил А. Ковнер. Приводится сокращенный текст устава и комментариев к нему.)

I Общая часть

Боевая операция, которую мы собираемся осуществить, станет пробным камнем моральных и физических качеств членов ЭФПЕО, личной способности каждого бойца выдержать испытание.

Нам придется вступить в бой после тяжелого нервного напряжения, в панической атмосфере, после тяжких поражений, которые, возможно, ЭФПЕО понесет еще накануне боя.

В трудных боевых условиях каждый боец ЭФПЕО обязан сохранять трезвость мысли, точно выполнять свою задачу и проявлять бесстрашие. Каждое подразделение, его командир и бойцы должны готовить себя к предстоящей операции, мысленно осваивая, насколько это возможно, картину будущего боя, чтобы человек не растерялся от неожиданности и самовольно не открыл огонь, когда придет час первого боевого крещения.

Это будет достигнуто тренировкой и непрерывным личным размышлением, чтобы загодя и детально продумать любую возможную ситуацию, с которой, может быть, придется столкнуться в ходе боя.

III. Мобилизация

Мобилизация есть предварительное условие боя. Мобилизация ЭФПЕО состоится: по приказу командования; автоматически.

По приказу командования:

Мобилизация будет проведена по паролю. Пароль — «Лиза зовет!»

Услыхав пароль, командир обязан немедленно отмобилизовать свое подразделение и первым прибыть на мобилизационный пункт.

Каждый боец обязан немедленно прибыть на мобилизационный пункт, как только ему передадут пароль (неважно, кто передаст).

Автоматическая мобилизация:

В случае, если штаб, по непредвиденным обстоятельствам, окажется парализованным, организация ЭФПЕО обязана отмобилизоваться автоматически. В какой ситуации должна быть проведена автоматическая мобилизация? В случае, если гетто внезапно будет поставлено под угрозу, и население ударится в панику и побежит в «малины». Такая ситуация будет оцениваться как чрезвычайное положение. В таком случае каждый боец ЭФПЕО обязан занять боевой рубеж, не дожидаясь мобилизационного пароля или приказа штаба.

Бегство в «малину» члена ЭФПЕО будет расцениваться при всех условиях как бегство с поля боя, т. е. как ИЗМЕНА.

IV. Самостоятельные действия

Каждое подразделение, командир или боец во время боя могут оказаться отрезанными от центра и не иметь возможности получать указания от штаба. Поэтому совершенно необходимо, чтобы подразделения, командиры и отдельные бойцы действовали в бою самостоятельно и по личной инициативе. В случае ареста штаба ЭФПЕО возглавит запасной штаб, который будет работать по заранее разработанным инструкциям.

Запасной штаб будет сформирован заблаговременно. В бою:

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека Алия

Похожие книги

Семейщина
Семейщина

Илья Чернев (Александр Андреевич Леонов, 1900–1962 гг.) родился в г. Николаевске-на-Амуре в семье приискового служащего, выходца из старообрядческого забайкальского села Никольского.Все произведения Ильи Чернева посвящены Сибири и Дальнему Востоку. Им написано немало рассказов, очерков, фельетонов, повесть об амурских партизанах «Таежная армия», романы «Мой великий брат» и «Семейщина».В центре романа «Семейщина» — судьба главного героя Ивана Финогеновича Леонова, деда писателя, в ее непосредственной связи с крупнейшими событиями в ныне существующем селе Никольском от конца XIX до 30-х годов XX века.Масштабность произведения, новизна материала, редкое знание быта старообрядцев, верное понимание социальной обстановки выдвинули роман в ряд значительных произведений о крестьянстве Сибири.

Илья Чернев

Проза о войне
Пурга
Пурга

Есть на Оби небольшое сельцо под названием Нарым. Когда-то, в самом конце XVI века, Нарымский острог был одним из первых форпостов русских поселенцев в Сибири. Но быстро потерял свое значение и с XIX века стал местом политической ссылки. Урманы да болота окружают село. Трудна и сурова здесь жизнь. А уж в лихую годину, когда грянула Великая Отечественная война, стало и того тяжелее. Но местным, промысловикам, ссыльнопоселенцам да старообрядцам не привыкать. По-прежнему ходят они в тайгу и на реку, выполняют планы по заготовкам – как могут, помогают фронту. И когда появляются в селе эвакуированные, без тени сомнения, радушно привечают их у себя, а маленького Павлуню из блокадного Ленинграда даже усыновляют.Многоплановый, захватывающий роман известного сибирского писателя – еще одна яркая, незабываемая страница из истории Сибирского края.

Вениамин Анисимович Колыхалов

Проза о войне