Читаем Пламя полностью

Гэвин еще раз внимательно оглядел мрачную башню. Несколько ставней постукивали о каменные стены в порывах поднимающегося ветра. Все выглядело вполне естественно, исключая то обстоятельство, что верхнее окно, которое он раньше видел открытым, сейчас, несмотря на северный ветер, было плотно прикрыто.

«Похоже, шотландские птицы умеют пользоваться запорами на ставнях», – подумал Гэвин. Не проронив больше ни слова, он в сопровождении управляющего направился к центральному входу в Оулд Кип.

Никто еще не осмеливался нарушить ее владения.

Обвалившиеся, поврежденные огнем крыши, проломы в стенах, сквозь которые видны были отвесные скалы озера Лох-Морей, и выжженные, шаткие полы – все это вместе образовывало южное крыло замка Айронкросс, запретное отныне место для входа. Но, когда Джоанна медленно пробиралась по привычному маршруту через разрушенную комнату к деревянной панели, где находился секретный проход, ведущий вниз в подземные туннели и пещеры, она внезапно подсознательно ощутила, что кто-то здесь побывал, причем совсем недавно.

Девушка остановилась и огляделась. В надвигавшихся сумерках мало что можно было разглядеть. Мягко опустившись на колени на деревянный порог у дверного проема, она стала внимательно изучать покрытый пеплом пол коридора за дверью. Сама она старалась не пользоваться этими коридорами из боязни быть обнаруженной каким-нибудь смельчаком, рискнувшим сунуться в это крыло.

Хотя в надвигавшейся темноте и пришлось напрягать зрение, она ясно различила нечеткие следы, оставленные здесь кем-то, кто пришел со стороны Оулд Кип. Кто бы это ни был, он ушел в направлении кабинета ее отца или, точнее, того, что осталось от этого кабинета. Джоанна бесшумно поднялась и, держась около стены, направилась по коридору в сторону кабинета. Встав за дверным проемом, она украдкой заглянула в обугленную комнату. Помещение оказалось пустым. Девушка еще пристальней стала вглядываться в темный проем коридора. Поскольку она только что спустилась с верхнего этажа, тот, кто побывал здесь раньше, должен был пройти по почти разрушенной лестнице на первый этаж.

Облегченно вздохнув, она поплотнее закуталась в свое убогое одеяние и еще раз заглянула в кабинет. Едва переступив порог комнаты, она почувствовала, как грудь сдавило щемящее чувство невосполнимой утраты и скорби. Все обратилось в прах. С одной из стен свисали обгоревшие клочья, которые когда-то были гобеленом. Обгоревший стол и остатки стульев дополняли картину полного запустения.

Пострадало все, кроме ее портрета, висевшего в обугленной раме над каминной полкой и безжалостно напоминавшего ей о безоблачном прошлом. Это было жутко и нереально… Она с ненавистью посмотрела на лицо, глядевшее с едва различимой улыбкой. При виде собственного изображения, портрета совершенства, которым она когда-то была, сердце Джоанны сжалось. «Какое мелочное тщеславие», – сердито подумала она, поймав себя на этой мысли.

У нее возникло неудержимое желание пересечь комнату, ухватиться за почерневшую от огня раму и сбросить ее вниз, разнести вдребезги, уничтожить. В воспаленном сознании промелькнула мысль, что это нужно было сделать гораздо раньше. Но ветхий пол остановил ее. За долгое время пребывания здесь она уже изучила каждую шаткую доску, каждую опасную балку. Нет, не для того она так долго продержалась в этом аду, чтобы сломать себе шею, провалившись вниз. Глаза на портрете словно бросали ей вызов, подзадоривая сделать роковой шаг вперед. Ну почему эта проклятая вещь должна была уцелеть, если никто из людей не спасся? Никто, включая и ее саму.

Джоанна смахнула предательскую слезу. Отвернувшись от своего прекрасного, несколько высокомерного изображения, она опустила капюшон плаща и шагнула во мрак коридоров, которые должны были привести ее в глубокое подземелье, где никто не сможет увидеть, что она превратилась в призрачную тень прошлого, в ночное существо, обожженное, уродливое и ничтожное. В мертвеца.

Растворившись в темноте, Джоанна Макиннес еще раз вспомнила о своих бедных родителях и тех несчастных, которые погибли с ними в огне.

Ну что ж, теперь ее предназначение состоит в том, чтобы скрываться и терпеливо ждать своего часа для осуществления возмездия.

После того как угли хорошо прогорели, огромное полено с треском рухнуло вниз, вызвав в камине большого зала, именуемого Грейт Холл, фонтан искр.

Лицо нового владельца замка оставалось в тени, а его взгляд скользил по лицам трех молодых мужчин, сидевших рядом с ним. По всему залу на лавках и столах спали слуги и воины. Несколько собак утомленно развалились на камышовых циновках, покрывавших каменный пол. Большая часть людей в замке уже спала, разместившись в конюшнях и в наружных постройках, но эту троицу испытанных бойцов он всегда держал при себе. За короткое время, прошедшее с момента приезда, эти люди успели определить и обсудить первоочередные задачи, которые нужно было решить, чтобы обеспечить безопасность замка. Каждый из них занимался своим делом, и сейчас Гэвин наклонился вперед, чтобы выслушать их сообщения.

Первым начал Эдмунд.