Гэвин ждал, надеясь услышать больше. Но старая женщина явно считала разговор оконченным. Она встала и подняла сумку, лежавшую на земле. Гэвин чувствовал, что его прогоняют, но не хотел уезжать. Поэтому он тоже встал и пошел рядом с ней. В течение следующих двух часов Гэвин сопровождал ее в прогулке по согретым солнцем склонам холмов, окружавших долину. Время, которое они провели вместе, напомнило ему о днях юности, проведенных в аббатстве Джедбург, расположенном на холмах, удивительно похожих на эти. Он не пытался заставить ее рассказать больше, и она, похоже, терпела его присутствие. Он помогал, если она позволяла, вытаскивать неподдающиеся корни растений, держал сумку. Когда они наконец достигли того места, где Гэвин с вершины холма видел крестьян, работавших на полях, он наклонился и взял в руку валявшуюся на земле мотыгу.

– Почему они прячутся?

– Они вам не доверяют, – сказала она. – Они боятся!

– Но почему?

Мать подняла на него серые глаза. Он чувствовал, как солнце яркими лучами греет его спину. Но она не сощурилась и не подняла руку, чтобы защититься от ярких лучей.

– Почему вы так доверчивы?

В ее голосе прозвучали резкие нотки, и Гэвин хмуро посмотрел на нее, пытаясь понять, какое отношение имеет ее вопрос к непреодолимому страху, который мог заставить всех жителей деревни скрыться при виде одного человека.

– Я сам решаю, кому можно доверять, – ответил Гэвин.

– Вы приняли бульон из моих рук и выпили его без колебаний.

– Я не мог отвергнуть жест гостеприимства, – возразил он.

– Но я ведь могла вас отравить!

– Да. Могли бы. Но я вам доверяю.

– Вы меня не знаете.

– И все равно я вам доверяю.

– Почему? – почти прошипела она. На ее морщинистом лице читалось явное разочарование.

– Потому что я не сделал ничего, чтобы навлечь на себя вашу враждебность. Потому что я хочу, чтобы мы жили в мире. Вы не убежали и не спрятались, как остальные. Вы остались и встретились со мной. Вы могли предполагать, что я приеду со злом. Но вы доверились мне, поэтому я доверяю вам.

– Это не доверие, болван вы этакий, – огрызнулась она. – Я не боюсь насилия ни с вашей стороны, ни со стороны любого другого. В моем возрасте я уже не страшусь смерти.

– И я тоже! – холодно парировал он.

Мать сдержала в себе то, что собиралась сказать, и они молча уставились друг на друга. Гэвин первым нарушил тягостную тишину.

– Я приехал в горы с миром. Я здесь для того, чтобы стать хорошим, заботливым хозяином этих земель, и мне нужно ваше доверие и доверие этих людей.

– Они вас боятся и ненавидят.

Эти жестокие слова прозвучали как пощечина, но Гэвин не стал обращать на них внимания.

– Я не сделал ничего, чтобы заслужить их ненависть.

– Вы, хозяин, может быть, и нет. А те, кто был до вас, – заслужили.

Гэвин молчал. Ему еще так много нужно было узнать об этих людях, о замке Айронкросс и о его прошлом. Когда он заговорил снова, его речь была отрывистой.

– Не в моих силах изменить прошлое. Я могу только повлиять на настоящее и позаботиться о будущем благополучии всех, кто живет на этих землях.

– Ха! Так вы думаете, что сможете влиять на настоящее? – Она подняла палец и ткнула его в грудь. – Вы не можете заставить нас прислушиваться к вам. Не можете, хозяин. Вам придется нести бремя вины своих предшественников. Уже слишком поздно, чтобы…

– Нет, Мать! – Гэвин резко оборвал речь старухи, взяв в свою огромную ладонь ее костлявые пальцы. Он знал, насколько легко было раздавить их, и видел по ее лицу, что она поняла, о чем он подумал. Но высокорослый гигант лишь мягко держал холодную руку старухи в своей, согревая ее теплом и энергией силы и молодости. – Нет, Мать. Я заслужу их уважение и доверие. И ваше тоже.

– Да, чтобы потом обмануть нас.

– Я не изменяю тем, кто мне доверяет, – прорычал Гэвин. – И в этом я клянусь!

Глава 7

Солнце уже скрылось за высокими стенами замка Айронкросс, когда Гэвин спустился с последнего холма в ущелье, а к тому времени, когда он достиг беспорядочной груды каменных глыб, лежавших у дороги, стало совсем темно. В наступивших сумерках скалы выглядели почти белыми, а странной формы нагромождение камней в теснине походило на сборище ужасных чудовищ.

Он никак не ожидал, что вернется так поздно. Но, направляясь утром в аббатство, он не подозревал и о том, что за один день узнает так много.