Читаем Пламенные эвкалипты полностью

Хит пребывал в сильнейшем смятении по дороге в Оберн, где намеревался еще раз встретиться с Эдвардом. Он был и зол, и смущен, и разочарован — словом, совсем сбит с толку. По большому счету он совершенно не представлял себе, как быть с Абигайл Скоттсдейл. С одной стороны, Хит считал, что она, будучи оскорбленной, возможно, затеяла коварные козни, потому как прознала о том, что по отцовскому завещанию все будет отписано ей как «законной супруге». А с другой стороны, он допускал, что она могла быть всего лишь очередной невинной жертвой его распутного отца. Впрочем, именно сейчас Хит склонялся больше к первому, но, как бы там ни было, он не собирался пускать дело на самотек.

Контора Эдварда Мартина на главной улице Оберна была закрыта, и Хит направился к нему домой, благо тот жил рядом, за углом. Эдвард только что отобедал и, устроившись на террасе, почитывал газету и наслаждался вечерней прохладной. Его жена Софи, трещавшая без умолку, точно попугай, и дочь Брайони собирались выгулять собаку, так что Эдвард предвкушал грядущие минуты покоя и одиночества. Ему было трудно сосредоточиться на газете, тем более что у него никак не выходили из головы его друг Эбенезер и извещение, которое он получил от Фрэнка Бонда, управляющего рудником в Берре.

Когда прибыл Хит, Эдвард тотчас заметил, что его состояние лучше не стало.

— Я только что был в Бангари, — вместо приветствия выпалил Хит.

— Зачем? — осведомился Эдвард.

— Сейчас мисс Абигайл Скоттсдейл обретается там. Служит компаньонкой у матери Джека Хокера.

Эдвард и представить себе не мог, каким образом Хиту удалось отыскать ее так быстро.

— Говорили с ней?

— Да, — сказал Хит, устраиваясь в другом кресле там же, на террасе, — говорил. Но толку-то… Теперь я не знаю, что и думать.

— Ну и как она? — полюбопытствовал Эдвард. Он знал, что его друг был падок на молоденьких девиц, но, за исключением Мередит Бартон, Эбенезер и не помышлял о женитьбе ни на одной из них, из чего он, Эдвард, заключил, что Абигайл Скоттсдейл не какая-нибудь замухрышка.

— Молоденькая и довольно привлекательная, — ответил Хит. — Уверяет, будто отец прислал ей записку, где сообщал, что хотел обсудить с ней вопрос о компенсации по случаю гибели ее отца на руднике.

— Что-то не похоже на Эбенезера, — сухо заметил Эдвард. — С тех пор, как он купил рудник, там погибло немало горнорабочих, и он ни разу не возместил ущерб их родственникам. Фактически он всегда поручал мне разбираться с любой мелочью, доставлявшей ему хлопоты.

— Тут она могла соврать, как и во всем остальном, — бросил Хит. В глубине души он допускал, что отец мог пойти на такое, чтобы заманить девушку в Холл, но он предпочел оставить это предположение при себе. — Она утверждает, что выпила бокал вина и больше ничего не помнит, очнулась только на другое утро, тогда-то домработница, мол, и сообщила ей, что она вышла за отца и что он умер.

— Что-то не похоже на правду, не так ли? — заметил Эдвард.

— То-то и оно, особенно эта история с бокалом вина, одним-единственным. Конечно, она тут же в слезы, Джеку Хокеру стало жаль ее, и он попросил меня уехать, чтоб я ей больше не докучал.

Эдвард задумался.

— Час назад я получил извещение от Фрэнка Бонда, управляющего рудником, — сказал он.

— Что ему надо? — спросил Хит. Он видел Фрэнка всего раза два-три до того, как поссорился с Эбенезером. Но Фрэнк был тогда только мастером.

— Надо подписать какие-то срочные бумаги касательно рудника, и он отрядил нарочного в Холл. А Уинстон отослал его обратно с запиской для Фрэнка с просьбой отложить это дело. Очевидно, Уинстон не решился сообщить ему о смерти вашего отца, поскольку счел, что это не в его власти.

— Вы уже отправили ответ Фрэнку Бонду?

— Я послал ему короткую записку, сообщил, что кто-нибудь завтра непременно будет у них.

— Вот завтра я первым делом туда и поеду, надо рассказать рабочим, что случилось, — сказал Хит.

— Хорошо. Вам придется взять на себя все текущие дела, пока Абигайл Скоттсдейл не уведомили, что теперь она владелица рудника.

Хит открыл рот от удивления.

— Боже мой, Эдвард, этого не должно случиться! — резко выпалил он.

— Понимаю, это несправедливо, но такое вполне может случиться, если будет установлено, что она не виновна в смерти вашего отца, — сказал Эдвард. — Сами знаете, Хит, смерть Эбенезера лакомый кусок для газет. — Он хотел предупредить его, что внимания газетчиков избежать не удастся. — Поползут разные слухи, тем более что Эбенезер ничем не болел, да и стариком не был. Придется вам поговорить с прислугой, чтоб молчала о его внезапной женитьбе, если не хотите, чтоб это попало в газеты, по крайней мере до поры до времени.

— Это уж само собой.

— Впрочем, история с женитьбой все равно откроется, как только мисс Скоттсдейл станет наследницей всего и вся.