Читаем Письма к провинциалу полностью

В шестой день сентября 1649 г по требованию генерального прокурора была созвана Ассамблея священного Лувенского теологического факультета для вынесения приговора по поводу доктрины, содержащейся в пятом томе Курса схоластической теологии отца Франсуа Лами, который составлен последним в соответствии с методой их Общества, выраженной в следующих словаx: «Для священнослужителя либо монаха было бы позволительно убить клеветника, угрожающего оглаской опасных преступлений означенных лиц или Ордена, к которому эти лица принадлежат, когда есть лишь это единственное средство помешать клевете и не представляется возможным использование никакого другого, а клеветник, если его не убить, готов обвинить данный Орден или данного монаха перед уважаемыми лицами». Факультет, после обстоятельного (mure) обсуждения, постановил, что указанная доктрина ложна сама по себе и пагубна для всего человеческого рода — как в плане веры, так и по причине различных следствий, которые могут быть из нее извлечены. Посему обе власти, как церковная, так и светская, должны совместно способствовать искоренению рассматриваемого учения. Факультет позволил, кроме того, чтобы г — ну генеральному прокурору был выдан акт о решении Ассамблеи.

Вторая Цензура

В восьмой день октября 1649 г. по требованию г — на генерального прокурора была созвана Ассамблея священного Лувенского теологического факультета для вынесения приговора по поводу двух положений доктрины Франсуа Лами, содержащейся в пятом томе его Курса схоластической теологии, составленного в соответствии с методой, которая принята Обществом иезуитов, disp. 36, sect. 8, пит. 131, et 132. Первое, под номером 131, изложено в следующих словах: «В — третьих, не только дозволяется защищать то, чем мы владеем в настоящий момент, но также и то, на что мы имеем пока только право и чем рассчитываем однажды завладеть. Поэтому позволительно как претенденту на на следство, так и законному наследнику защищаться (убивая) от лица, несправедливо препятствующего либо вступить во владение наследством, либо получить право на таковое. И точно так же тот, кто имеет право на кафедру или на доход с церковного места, может воспользоваться подобными мерами защиты от несправедливо препятствующих пользоваться означенными правами». Второе положение находится под номером 132: «В — четвертых, следует, что кредитор не может своей властью поступить подобным образом в отношении должника, вместо того, чтобы призвать последнего к судебной ответственности, даже когда бы должник заявил, что не хочет платить. Однако указанные меры позволительны против мешающих должнику произвести оплату долга, когда нет другого средства воздействия и когда существует опасность, что если только подобных мер не принять, то взыскание долга станет уже невозможным». Факультет, после основательного обсуждения, постановил, что доктрина, содержащая в приведенных пунктах понимание защиты, которое допускает убийство — как все дальнейшее изложение и даже само название раздела достаточно на это указывают, — является не только ложным, но одновременно и пагубным для государства и для всего человеческого рода. Таким образом, данную доктрину надлежит полностью искоренить».

IV. Продолжение истории отца Лами, извлеченное из Фундаментальной теологии Карамуэля

Мы видели только что, какое множество усилий потратили иезуиты вскоре после заседания Совета Брабанта на защиту рассмотренного выше учения отца Лами. Но всего их влияния не хватило для того, чтобы отстоять до такой степени чудовищные заблуждения, и появился повод надеяться, что представители Общества Иисуса, после’столь торжест венно вынесенного решения, впредь не станут пытаться защи щать подобные заблуждения. Однако вряд ли иезуитам когда — либо удастся более явственно обнаружить то, что Общество любыми средствами борется за сохранение доброго имени всех своих членов (кто бы ни отважился против них выступить), руководствуясь при этом не чем иным, как твердым решением и постоянно присутствующим намерением.

Не прошло еще и шести месяцев после появления приводившихся Цензур факультета и приговора Совета Брабанта, как эти отцы, внушившие себе, что в лице своих теологов Общество в целом получило оскорбление, подняли большой шум по всей Европе. Они попытались привлечь всех теологов, связанных с их Обществом либо зараженных порочными максимами новой морали, к защите дела отца Лами как общего дела всех казуистов. И хотя интриги иезуитов обычно производятся в тайне, на сей раз они обнаружились открыто из — за хвастовства Карамуэля. Ибо этот человек оказался столь жадным до похвальных речей, что, от страха лишиться хотя бы одной из некогда возданных ему похвал, не поленился взять на себя труд включить в свою Фундаментальную теологию услужливое и преисполненное знаков уважения письмо, которое ему написал по интересующему нас здесь вопросу о. Зерголь (Zergol), иезуит из Граца.