Читаем Письма к друзьям полностью

Св. Симеон Солунский в главе о священной литургии пишет: "Водопредстателей же ереси и Златоглаголивый противится внегда глаголати реченное от Господа: не пию отныне от рождения лозы{73}, лоза же вино, не воду рождает. О сем представляет Златоглаголивого литургия, и еще явленнее богоглаголивого Василия... Тогда наводит: "подобие же и чашу от рождения лозы взем, растворив, благодарив, благословив, освятив даде"{74}. Зриши ли? "От рождения лозы взем" - глаголет... И божественный Иаков, в глаголемой того литургии, тожде же обретается во многих, - сице глаголет: "и взем чашу и растворив вина и воды"{75}. И вси же сице приношаху Отцы в кафолических церквах и апостольских престолах издревле преемство"{76}.

Здесь св. Отец пишет против армян, совершавших таинство Причащения на одном вине (истинное питие), и между прочим упоминает еретиков водопредстателей, приносивших одну воду (истинное питие), у нас же в настоящее время не приносится ни вина, ни даже воды натуральной.

Об этом же мы находим свидетельство в книге "Скрижаль" (Москва 1656 г.), одобренной и утвержденной Великим Московским Собором 1667 г., где читаем: "Сего ради нуждно есть во святой чаши вино и вода в совершение таинства, а не вода токмо якоже есть ересь скверная водопредстателей, яже развращает и растлевает предание таинств <...> Ниже вино токмо якоже творят еретици армени, дабы потребили ину ересь водопредстателей, сами же падоша в горшую, якоже сие случися и воиных, иже отпадают от истины" (Гл.73, "Паки о совершаемых в проскомидии"){77}.

"Православное исповедание кафолической и апостольской Церкви узаконяет: "Третие Таинство - святая Евхаристия или Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, под видом хлеба и вина, в котором истинно и собственно или действительно находится Иисус Христос. Сие Таинство превосходит все другие, и более других содействует к получению нашего спасения... Священник... должен наблюдать, чтобы приличное было вещество, то есть, хлеб пшеничный, квасный, чистый, сколько возможно, и вино, несмешанное с другою какою-нибудь жидкостию, и чистое само в себе" (Вопр.106-7){78}.

Отсюда видно, что другие какие-нибудь жидкости, разные ягодные и фруктовые соки и сиропы недопустимы даже к смешению и тем более едва ли могут быть сами в себе веществом для таинства.

"Православное исповедание" в той части, откуда взято свидетельство, утверждено собором восточных иерархов{79} и всеми восточными патриархами.

Великий Московский Собор 1667 г. в присутствии двух восточных патриархов{80}, в утвержденной им книге "Скрижаль" определил: "Вещество убо Божественныя Литургии есть хлеб и вино с водою. Не бо от иного коего либо вещества, или от плода прилучившагося, или сикера[9], но от истинныя пшеницы и вина истинного, Божественное тайнодействие совершати нам Господь и божественнии Его апостоли предаша. И внемли, да не прельстиши себе и вместо чистаго вина принесеши оцет или винные дрожди, или иное что гнилое, грех бо наведеши себе смертный" (О седми таинствах, стр.111-112){81}.

Не могу умолчать об одном свидетельстве, где чудесным образом признается вино как единственное вещество для св. Евхаристии. В житии преп. Кирилла Белозерского (память 9-го июня) и в составленной ему службе, в "стихирах на хвалитех" повествуется, что в обители его недоставало вина для совершения св. Таинства Причащения, и Господь, по молитвам угодника, умножил вино, так что его хватило на долгое время{82}. Очевидно, что ни преп. Кирилл, ни Сам Господь не находили возможным заменить вино чем-либо другим.

В "Великом Катехизисе", изданном по благословению святейшего патриарха Филарета, читаем: "Вопрос: Кое есть вещество сея тайны? Ответ: хлеб пшеничен, квасен, солию же осолен. И вино с водою имущее свою естественную целу сладость"{83}.

Вопрос: "Кое есть действо и кое есть совершителное третие{84} сея тайны? Ответ: сие есть дивное совершителное, яко в ней верху являемыя образы хлеба и вина, пребывают же сами о себе выше естества, хлеба и вина. Сиречь, вид и вкус хлеба есть, хлеба же самого несть. Вид и вкус вина есть, вина же несть <...>. Обаче[10] известно се веждь, яко идеже сия видимая знамения не суть, ту ни телесе Христова и пречестныя крове Его несть. Зане под сими точию[11] образы знамениями хлеба и вина, по освящении глагол Господних дается тело и кровь Христова, кроме же сих не дается. Да вемы где суть, где же несть их <...>. Идеже знамения от Господа назнаменанная и преданная на что не, суть, тамо ниже вещь и тайна от Бога данная есть"{85}.

Не следует ли из сего заключить, что на литургии, совершенной на неузаконенных веществах, не бывает преложения, не бывает Тела и Крови Христовых?!

Перейти на страницу:

Похожие книги

ДОБРОТОЛЮБИЕ
ДОБРОТОЛЮБИЕ

Филокалия - т. е. любовь к красоте. Антология святоотеческих текстов, собранных Никодимом Святогорцем и Макарием из Коринфа (впервые опубликовано в 1782г.). Истинная красота и Творец всяческой красоты - Бог. Тексты Добротолюбия созданы людьми, которые сполна приобщились этой Красоте и могут от своего опыта указать путь к Ней. Добротолюбие - самое авторитетное аскетическое сочинение Православия. Полное название Добротолюбия: "Добротолюбие священных трезвомудрцев, собранное из святых и богоносных отцов наших, в котором, через деятельную и созерцательную нравственную философию, ум очищается, просвещается и совершенствуется." Амфилохий (Радович) писал о значении Добротолюбия: "Нет никакого сомнения, что Добротолюбие, как обожения орган, как справедливо назвал его преподобный Никодим Святогорец, является корнем и подлинным непосредственным или косвенным источником почти всех настоящих духовных всплесков и богословских течений в Православии с конца XVIII века до сего дня".

Автор Неизвестен

Религия, религиозная литература
Соборный двор
Соборный двор

Собранные в книге статьи о церкви, вере, религии и их пересечения с политикой не укладываются в какой-либо единый ряд – перед нами жанровая и стилистическая мозаика: статьи, в которых поднимаются вопросы теории, этнографические отчеты, интервью, эссе, жанровые зарисовки, назидательные сказки, в которых рассказчик как бы уходит в сторону и выносит на суд читателя своих героев, располагая их в некоем условном, не хронологическом времени – между стилистикой 19 века и фактологией конца 20‑го.Не менее разнообразны и темы: религиозная ситуация в различных регионах страны, портреты примечательных людей, встретившихся автору, взаимоотношение государства и церкви, десакрализация политики и политизация религии, христианство и биоэтика, православный рок-н-ролл, комментарии к статистическим данным, суть и задачи религиозной журналистики…Книга будет интересна всем, кто любит разбираться в нюансах религиозно-политической жизни наших современников и полезна как студентам, севшим за курсовую работу, так и специалистам, обременённым научными степенями. Потому что «Соборный двор» – это кладезь тонких наблюдений за религиозной жизнью русских людей и умных комментариев к этим наблюдениям.

Александр Владимирович Щипков

Религия, религиозная литература