Читаем Письма 1875-1890 полностью

В ответ на Ваше почтенное письмо от 14 января имею честь известить Вас, что пьеса моя "Предложение" не может идти в Москве, так как она отдана г-же Горевой на весь текущий сезон.

Прошу Вас принять уверение в совершенном почтении.

А. Чехов.


755. М. И. ЧАЙКОВСКОМУ

17 января 1890 г. Петербург.

17 янв.

Дорогой Модест Ильич, посылаю Вам "Крейц«ерову» сонату". Прочитав, благоволите послать ее Н. М. Соковнину, который живет на Васильевск«ом» острове, 1-я линия, д. № 38. Он пришлет мне.

Будьте здоровы.

Ваш А. Чехов.


756. М. Н. ГАЛКИНУ-ВРАСКОМУ


20 января 1890 г. Петербург.

Ваше превосходительство милостивый государь

Михаил Николаевич!

Предполагая весною этого года отправиться с научною и литературною целями в Восточную Сибирь и желая, между прочим, посетить остров Сахалин, как среднюю часть его, так и южную, беру на себя смелость покорнейше просить Ваше превосходительство оказать мне возможное содействие к достижению мною названных целей.

С искренним уважением и преданностью имею честь быть Вашего превосходительства покорнейшим слугою.

Антон Чехов.

Января 20-го дня 1890 г.

Малая Итальянская, 18, кв. А. С. Суворина.


757. М. В. КИСЕЛЕВОЙ


26 января 1890 г. Петербург.


Уважаемая Мария Владимировна, я не уехал, но быть у Вас сегодня не могу. Мне принесли "Указатель" статей "Морского сборника" от 62 года по 82-й и просили вернуть его завтра утром. В настоящую минуту я выписываю статьи, касающиеся Сахалина и К°, бранюсь, как мерзавец, и чувствую себя ужасно не в духе.

Завтра около 2-3 часов дня я буду у Вас. Поклон всем Вашим и Василисе Пантелевне.

Ваш Лицемер.


90-1-26

Мне нужно поговорить с Вами об одном очень важном деле.


758. К. С. БАРАНЦЕВИЧУ


28 января 1890 г. Петербург.

Приходил прощаться. Прощайте, голубчик, увидимся, вероятно, в декабре. Пишите. Всем Вашим мой душевный привет.

Ваш А. Чехов.


759. Н. М. ЕЖОВУ


28 января 1890 г. Петербург.

28 янв.

Добрейший Николай Михайлович, простите, что так долго не отвечал на Ваши письма. Все собирался уехать в Москву и поэтому рассчитывал повидаться и дать ответ устный.

1) "Русалка" будет напечатана в "Новом времени".

2) Вам прибавлена копейка. Теперь Вы будете получать 8 коп. за строчку.

3) О высылке газеты сделано распоряжение. "Русалка" мне очень понравилась, хотя в рассказе русалочьего отца Вы несколько впадаете в тон Короленко ("Лес шумит"). Вообще Вы заметно прогрессируете, чему я, искренно говоря, очень рад. Читайте побольше; Вам нужно поработать над своим языком, который грешит у Вас грубоватостью и вычурностью - другими словами, Вам надо воспитать в себе вкус к хорошему языку, как воспитывают в себе вкус к гравюрам, хорошей музыке и т. п. Читайте побольше серьезных книг, где язык строже и дисциплинированнее, чем в беллетристике. Кстати же запасетесь и знаниями, которые не лишни для писателя.

Вот Вам и наставление на закуску!

Суворин извиняется, что до сих пор не распорядился насчет газеты.

Почтение Вашей жене.

Искренно преданный

А. Чехов.

Бываете ли у наших?


760. М. В. КИСЕЛЕВОЙ

28 января 1890 г. Петербург.

28 янв.

Наконец я уехал, Мария Владимировна! Хотел было сегодня повидаться с Вами и прогулять по Петербургу Василису Пантелевну, да не хватило времени - ездил прощаться. Передайте Валентину Яковлевичу, что благодарить я его буду в том самом письме, в котором опишу ему свой визит к Зензинову.

Барина и Идиотика я увижу, вероятно, раньше Вас и посему передам им от Вас поклон и скажу, что Вы живы, здравы и что Вы, как выразилась графиня, нравственный гигант.

Осталась ли довольна моим индейским подарком моя будущая супруга, от которой я бегу на Сахалин? Если недовольна, то я пришлю ей еще что-нибудь. Японского болванчика, или вроде этого…

В надежде, что Вы и Ваша дочь перестанете меня преследовать (в противном случае я должен буду обратиться к Грессеру), пребываю струсившим и убегающим.

А. Чехов.

Душевный привет Голубевым и Владимиру Петровичу. Владиславлеву передайте, что в Томске я буду весною или в начале лета.

Если напишете мне в Москву хоть одну строчку о Вашем здоровье, то я буду Вам благодарен по гроб. Не подумайте, что я лицемерю.

Забыл спросить у Вас, как поживает* * Конец письма не сохранился.


761. И. М. КОНДРАТЬЕВУ

28 января 1890 г. Петербург.

Петербург. 90-28-1

Многоуважаемый Иван Максимович!

Общество искусств и литературы просило у меня разрешение поставить у себя мое "Предложение". Я ответил отказом, ссылаясь на обещание, которое я дал Горевой. Общество вчера повторило свою просьбу, прислав мне телеграмму, которую при сем посылаю.

Телеграмма эта мне не понравилась, так как я не желаю одолжаться у г-жи Горевой и не хочу ее милостей, но делать нечего, пришлось ответить Обществу согласием, о каковом и уведомляю Вас.

Желаю Вам всего хорошего.

Искренно Вас уважающий

А. Чехов.


762. А. И. СУМБАТОВУ (ЮЖИНУ)


28 января 1890 г. Петербург.

28 янв.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика