Читаем Письма полностью

Когда мы будем оклеветаны или обижены легкомысленными или лукавыми, злыми и искажающими истину людьми, постараемся всеми силами не желать себе оправдания от людей, если обида относится только к нам самим. Также не будем говорить: «Пусть Бог им воздаст», потому что и это является проклятием. Лучше простить их от всего сердца и попросить Бога, чтобы Он укрепил нас и мы смогли бы поднять тяжесть клеветы, продолжая свою духовную жизнь (по возможности незаметно). И пусть люди, которые имеют обычай судить и осуждать, продолжают клеветать на нас, потому что тем самым они постоянно уготовляют нам золотые венцы для истинной жизни.

Блаженны и трижды блаженны те, которые из-за сплетен, распространяемых о них злыми людьми, кажутся людям бронзой, тогда как на самом деле являются чистым золотом в двадцать четыре карата[112].

Горе и трижды горе бронзе, которую некоторые люди натирают и обманывают мир, выдавая ее за золото. (В таком положении нахожусь и я, окаянный Паисий. Помолитесь обо мне.)

Когда сердце от любви Божией становится пылающим очагом, тогда оно может сжигать суету, которая приближается к нему, и когда человек пройдет испытание в очаге жизни, у него в душе воцаряется мир.

Чистота имеет свойство прогонять мух и микробов, обеспечивая человеку здоровье. Подобно этому чистота души прогоняет демонов, когда мы не даем им прав над собой. Внешне мы, конечно, ничем не можем им помешать, и они внешними средствами не могут повредить нашей душе.

Мухи обычно собираются вокруг множества вкусно приготовленных блюд, приправленных пряностями и соусами. Когда мы их избегаем, бесы тоже находятся далеко и бывают безоружны.

Для повара хорошо, когда у него в очаге немного углей. Тогда они не дают большого пламени и не дымят, и он на небольшом огне готовит прекрасную пищу, Точно так же, когда количество нашей пищи ограничено и мы не увеличиваем его постоянно, плотские похоти и даже помыслы не только не пылают и не помрачают ума дымом, но со временем совершенно угасают.

Когда наши желания ограничиваются скудной пищей (сухоядением) и небольшим отдыхом для тощей как скелет плоти, тогда душа радуется в своих мощах. Пусть не отчаиваются находящиеся в миру, если над ними господствует множество страстей, а их характер необузданный и стремительно катится вниз, но пусть возложат упование на всемогущество Божие и быстро повернут руль своей мощной машины на путь Божий, ведущий вверх. Очень скоро они обгонят другие машины, которые уже много лет ехали впереди них по пути Божию с низкой скоростью.

Обычно самые большие искушения – мгновенные. Если мы в момент их возникновения избегаем их, то фаланга демонов убегает и мы спасаемся из рук врагов.

С неосторожными детьми, которые глазеют по сторонам, переходя дорогу, обычно происходят несчастья, как бывает и с птенцами, которые по своей неосторожности смотрят в глаза змей, поддаются гипнозу, попадают им в пасть и погибают.

«Птенцов» охраняет любящая мать, имеющая крылья целомудрия и согревающая своих детей благоговением и страхом Божиим. Если же она будет «ощипанной», ее птенцы замерзнут.

Первую духовную простуду дети получают из-за открытых окон чувств своих родителей. Больше всего их простуживает мать, если она не одета в целомудрие или даже пытается «ощипать» своих детей.

Неискреннее поведение родителей, каким бы хорошим оно ни казалось, не вызывает в душе у детей доверия, и потому они не слушаются, даже если с ними обращаются строго. Дети делают вид, что сжимаются от страха, но поступают так потому, что пока не могут сделать ничего другого. Когда же немного подрастают и уже не имеют большой нужды в родителях, тогда начинают с наглостью брыкаться и изливают на родителей всю накопившуюся злобу.

Святая жизнь родителей вызывает доверие в душе у детей, и они охотно их слушаются и вырастают благоговейными и без психических травм (с двойным здоровьем). Тогда дети радуются о своих родителях и родители радуются о своих детях как в этой жизни, так и в вечной, где они будут снова радоваться вместе.

Игумении, которые являются духовными матерями и исполняют великую миссию возрождения своих духовных чад, тоже не должны требовать к себе уважения от своих чад силой своего игуменского сана, но должны внушать к себе уважение посредством благодати благоговения, проистекающей из их святой жизни. Тем более не должны делать из себя великих стариц те, которые сами никогда не были послушницами.

Не будем искать себе послушников, если сами не можем поначалу хотя бы иногда вести себя как послушники, чтобы иметь возможность жить одной жизнью со своими послушниками.

Послушник, особенно вначале, нуждается в большой любви, чтобы не стать неполноценным, ибо многие дети в миру имеют родителей, однако, к сожалению, для многих из этих детей все равно, имеют они родителей или нет, потому что они никогда не знали, что значит родительская любовь, но слышали только упреки.