Читаем Пират и русалка полностью

– Вряд ли Конгрессу надобны были советы желторотого юнца-капитана, чтобы осознать необходимость усиления флота.

– Вот тут вы ошибаетесь. Имя Гэллантов в высшей степени уважаемо. Ваш отец был героем Войны за независимость Соединенных Штатов. Вы же доказали свою доблесть, потопив три фрегата Наполеона. Поистине ваша семья послужила отечеству на славу.

Во взгляде голубых глаз Джуда читалось недоверие.

– Я всегда с подозрением отношусь к людям, которые обращаются ко мне со столь цветистыми речами, сэр. Может быть, мы обойдемся без лести и приступим к истинной причине вашего визита?

Уильям Йорк улыбнулся.

– Я был предупрежден, что вы не терпите пустой болтовни. Вижу, меня не обманули.

В первый раз с начала беседы Джуд внимательно присмотрелся к пожилому политику. Его камзол и жилет хотя и были сшиты из добротной материи, но уже лет двадцать как вышли из моды. Длинные волосы были собраны сзади в косицу – также по старому образцу, хотя теперь было принято стричься короче.

– У вас есть передо мной преимущество, мистер Йорк. Вы обо мне осведомлены, а я между тем уверен, что никогда прежде вас не встречал.

Уильям неспешно уселся в мягкое кресло и наклонился к огню, жарко пылавшему в камине.

– Это правда. Мы с вами никогда прежде не встречались, но я с огромным интересом следил за вашей карьерой. Возможно, потому, что я и сам всю жизнь втайне мечтал плавать по морям и командовать кораблем.

– Вы забрались далеко от своего родного дома, мистер Йорк. Если судить по вашему акценту, вы откуда-то с юга, скорее всего из Виргинии.

– А у вас отменный слух на диалекты, сэр, – заметил мистер Йорк, положив руки на гнутые подлокотники кресла. – Я родился и вырос в Виргинии. Вероятно, как и вы, я полагал, что уже достаточно послужил своему отечеству. Я приготовился мирно доживать остаток дней на своей ферме, но президент Джефферсон рассудил иначе. – Он рассмеялся. – Томас умеет убеждать. И вот я здесь.

Не спуская недоуменного взгляда со своего гостя, Джуд опустился в кресло.

– Признаться, вы меня озадачили. Какое отношение я могу иметь к вам или к президенту Джефферсону?

Уильям помолчал с минуту, а потом ответил:

– Когда требуется человек, способный командовать, всегда следует искать самого лучшего. День, когда вы оставили службу, был для Америки черным днем. Отечеству грозит беда – вот почему нам нужны такие люди, как вы.

– Я знаю других капитанов, более опытных и более достойных, чем я, – раздраженно возразил Джуд.

– Но ни одного, о котором отзывались бы с такой похвалой, – ответил на это Уильям Йорк. – Нам известно, что никто лучше вас не умеет управляться с ветрами и течениями. Кроме того, на вас остановил выбор сам президент. Слышали бы вы, как он превозносил ваши таланты!

– Я не заслужил подобных похвал, мистер Йорк. Я еще и ходить толком не умел, а уже стоял у руля отцовского корабля. Неудивительно, что я хорошо знаю море.

– Ваша скромность делает вам честь. Однако, к счастью, нашлись люди, которые не поскупились на похвалы вашему героизму.

Джуд скрестил руки и пытливо посмотрел на своего гостя.

– Вы здесь не для того, чтобы распространяться о прошлых победах. У вас на уме нечто другое.

Уильям Йорк помрачнел, и в его глазах отразилось беспокойство.

– Вы угадали. Президент Джефферсон хочет, чтобы вы вновь послужили своей стране. – Старик сделал паузу и осторожно продолжил: – Полагаю, вам хорошо известно, что мы ведем войну с Францией. Французы уже не раз подвергали нападению наши суда, и президент чрезвычайно этим рассержен.

– Могу себе представить.

– Вы нужны своему отечеству и президенту! Ему необходим молодой и мужественный человек, поэтому он подумал именно о вас.

Джуд долго молчал, раздумывая над услышанным.

– Сэр, я в отставке. Скажите президенту, пусть найдет кого-нибудь другого. – В его словах послышались горькие нотки. – Я уже и так слишком много отдал своей стране. Я лишился самого дорогого, что у меня было.

Глаза Уильяма наполнились состраданием, он понизил тон:

– Я знаю, вы потеряли жену и ребенка, и очень вам сочувствую. Возможно, то, что вам нужно, – это отвлечься от вашего горя.

– Вы знаете обо мне очень много, – проговорил Джуд с болью в голосе. – Но вы не знаете главного. Не знаете, что, останься я со своей женой, вместо того чтобы гоняться за мавританскими кораблями, она, возможно, не лишилась бы ребенка, и я сумел бы спасти ей жизнь!

Уильяма потрясла мука, звучавшая в голосе молодого человека. Как ужасно, подумал Йорк, что капитан винит даже себя за то, чего, вероятно, не в силах был бы предотвратить, даже будь он рядом с женой.

– Ведь я знал, что у Мэри слабое здоровье, – продолжал Джуд, откинувшись на спинку кресла и глядя в потолок. – Я должен был остаться с ней – она умоляла меня об этом!

– Вы исполняли свой долг.

– Вот именно, черт побери! Именно этим я занимался, когда хоронили мою жену и мое мертворожденное дитя! Так что не говорите мне больше о долге!

– Мне искренне жаль, – с чувством проговорил Уильям. – Для вас это страшная трагедия.