Читаем Пионеры — герои полностью

В тот день в очереди за хлебом ему пришлось стоять очень долго.

Магазин не открывали. Почему — никто не знал. Потом кто-то принёс нерадостную весть: машина, доставлявшая хлеб, попала под бомбёжку.

По радио объявили «воздушную тревогу». Но очередь не расходилась. Налёт длился недолго. Взрывы бомб прогрохотали где-то невдалеке.

Вот он, долгожданный маленький кусочек хлеба. Саша с жадностью смотрит на него. Так и хочется отщипнуть хотя бы крошечку поджаристой корочки. Он старается отвлечь свои мысли, думать о другом — и не может.

Дошёл до своей улицы. Ещё несколько минут — и он дома. Но что это? У Саши подкосились ноги. Угол его родного дома зиял чёрной пустотой.

Это был страшный день в жизни Саши: он узнал о гибели отца, потерял мать.

Вместе со школьным дружком они решили бежать из осаждённого города. Куда? Конечно, на фронт. Он был рядом. У самой окраины Ленинграда.

Сборы были недолгими. Пионерский галстук Саша спрятал за пазуху.

— Это же лучший пропуск на фронте, — объяснил он своему дружку Серёже. — Любой командир как посмотрит, сразу скажет — свой!

Как только стемнело, они отправились в путь. Ночь, как назло, выдалась светлая. Из-за облаков выплыла луна.

Первым шёл Саша. Более получаса никто не произнёс ни слова. Где-то за лесом вспыхнула зелёная ракета, послышалась пулемётная очередь.

— Ложись! — тихо сказал Саша.

До их слуха донеслись непонятные немецкие слова. Друзья притихли.

— Побежим дальше! — первым нарушил молчание Серёжа.

Несколько автоматных очередей рассекло воздух. Рядом кто-то хрипло вскрикнул. Саша увидел Серёжу лежащим в чёрной траве.

Подполз к нему, повернул на спину.

— Серёжа!.. Серёжа!.. — тряс он его за плечи.

Рука неожиданно коснулась чего-то мокрого и тёплого. Саша понял: это — кровь. Серёжа был ранен в голову.

На третьи сутки, измученный и голодный, Саша добрался до небольшой железнодорожной станции. Людей нигде не было видно.

«Идти или нет? — думал Саша. — Кто находится там: свои или фашисты?»

Из-за поворота, громыхая колёсами, показался сначала паровоз, а за ним длинный хвост вагонов. На крышах — пулемёты и пушки.

— Это ж наши моряки! — выкрикнул Саша.

Поезд, резко замедлив ход, остановился. Саша вытащил пионерский галстук и протянул его вперёд. В ту же минуту паровоз дал гудок, и вагоны, дрогнув, тронулись с места. Он успел сказать лишь одно слово «возьмите» — и сразу почувствовал, как две сильные руки подхватили его и поставили на твёрдый пол вагона.

Поезд шёл на север.

Саша был зачислен в школу юнг Северного флота. Окончив её, он стал мотористом торпедного катера.

Катер небольшой. Людей мало, но дел много. Хотя корабль и маленький, а вооружение на нём солидное: торпедные аппараты, крупнокалиберные пулемёты. На корме — стеллажи для глубинных бомб.

А вот по скорости торпедному катеру нет равных.

Ночью на базу торпедных катеров поступило срочное сообщение: обнаружены корабли противника. Получен боевой приказ — уничтожить вражеские суда.

Четыре вражеских транспорта шли в охранении дозорных кораблей.

Они были обнаружены.

— Полный вперёд! — приказал командир.

Мотористы увеличили ход. В это время с кораблей охранения ударила артиллерия. Открыли огонь береговые батареи противника.

Не сбавляя скорость, катер летел вперёд.

Осколком снаряда тяжело ранило сигнальщика. Командир отдал распоряжение: одного из мотористов вызвать на мостик, принять вахту сигнальщика.

— Товарищ старшина, разрешите мне… — попросил Саша.

— Ступай! — крикнул старшина.

Саша появился на мостике как раз в тот момент, когда командир произнёс:

— Аппараты!

Все в ожидании. Ждут следующей команды.

А катер, не взирая на ураганный огонь, продолжает свой путь.

И, наконец, долгожданная команда:

— Пли!

Над морем взметнулись столбы огня и дыма. Торпеды попали в цель.

Саша внимательно наблюдал, где ложатся вражеские снаряды и проходят трассы пуль.

Командир выслушивал его доклады и тут же принимал нужные решения. Разгорячённый боем юнга совсем забыл об опасности.

Сквозь грохот он услышал слова командира:

«Спасибо тебе, Саша…»

За этот бой юный моряк был награждён орденом Красной Звезды.

В один из дней наши самолёты-разведчики обнаружили в море караван вражеских судов.

Отряд торпедных катеров вышел навстречу каравану. Первым прокладывал дорогу катер, на котором служил Саша. С ходу ворвались наши катерники в самую середину вражеского конвоя. Фашисты не ожидали такой дерзости. Корабли охранения открыли беспорядочную стрельбу.

Прямо по курсу сквозь пелену дымовой завесы командир обнаружил силуэт большого вражеского корабля.

— Увеличить ход! — приказывает он мотористам.

Саша тут же выполняет команду. Моторы напряжённо гудят, и его дрожь передаётся всему катеру.

«Начинается… — угадывает юнга. — Сейчас командир отдаст команду: «Пли!»

И как бы в подтверждение этого катер делает рывок: значит, торпеды пошли к цели. Через несколько секунд грохочет взрыв.

В отсек спускается старшина.

— Эсминец подорвали! — кричит он на ухо Саше.

— Вот это здорово! — ликует юнга.

— Скорость держи! — предупреждает старшина. — Из атаки выходим.