Читаем Пилот Империи полностью

Я с трудом приподнялся, тело подчинялось плохо. Мышцы сильно болели, и я чувствовал себя плохо смазанным, скрипящим механизмом. Помотал головой, разминая затёкшую шею, и огляделся вокруг. Я сидел на старенькой белой кушетке в маленькой комнатушке со стальными перегородками.

– Кто вы? – Проклятье, и это мой голос? Больше похоже на карканье вороны.

Женщина стояла спиной ко мне и возилась со шприцами из аптечки, лежащей прямо перед ней.

– Я доктор Линна Скайн. – Она закончила свои манипуляции и повернулась ко мне. В её правой руке блеснула острая игла инъектора.

– Обычно я не разговариваю с пленниками, большинство из которых отъявленные негодяи и подонки, но ваш друг утверждает, что вы вполне приличные граждане империи, просто попавшие не в то время и место. Не то чтобы я поверила ему или вам, скорее уж вашей татуировке кадета. Хотя это тоже далеко не гарантия порядочности…

Я горько усмехнулся, вспомнив небольшое приключение по результатам которого наша академическая четвёрка в составе Рауля, Марата, меня и Дика решилась сделать эти татуировки. Своего рода традиционный отличительный знак кадетского выпуска.

– Где мы?

Плохо! Как же ломит затылок, когда пытаюсь вытолкнуть несколько слов из своего рта. Я сильно зажмурился от резкой боли…

– Не сейчас. Лучше закатайте рукав и не делайте резких движений.

После того как я стараясь не дернуться лишний раз, закатал левый рукав, доктор подошла взяла руку чуть выше запястья и резко всадила инъектор в руку. Потом женщина отошла, и занялась медицинскими инструментами. Через мгновение мою руку словно обдало невыносимо горячим кипятком. Я чертыхнулся м резко дёрнулся, чуть было не сверзивщись с кушетки. Зашипев, я схватился правой рукой за левую, как будто это могло помочь.

– Проклятье, доктор! Что это было?!

Боль постепенно спадала, вслед отступала усталость, уходила одеревенелость мышц. Через некоторое время я расцепил руки и изумлённо повращал запястьями перед собой. Болезненных ощущений как не бывало.

– Это войсковой биостимулятор. Улучшает кровоснабжение, помогает организму быстрее восстановиться и подпитывает его. К сожалению, от тяжёлых ранений и смерти не спасает.

– Редкая штука…

Лекарша ещё раз внимательно осмотрела меня, потом отвернулась и стала аккуратно собирать в саквояж пустые ампулы, в конце положила и сам инъектор.

– Спасибо, Линна! – только тут я отметил, что эта женщина хоть и изнурена тяжёлым трудом, но она всё ещё достаточно молода, стройна и даже весьма привлекательна. Я смущенно сглотнул. И это тоже действие лекарства?! Тем временем докторша собрала свою аптечку и подошла на выход из комнаты. Там Линн оглянулась и произнесла:

– Называйте меня Док, или Мэм – так меня называет большинство пленников. К слову, я и сама тут нахожусь в заключении. Пусть и на особом положении.

– Хорошо, Док. Простите!

Печаль отчётливо звучала в её голосе во время всего нашего разговора. Затем изящная ладонь прижалась к сенсорной панели, дверь комнатки открылась, и Док вышла наружу. Но уже за порогом она оглянулась.

– Вам не за что извиняться. А теперь прощайте. Даже не знаю, чего вам пожелать кадет. Надеюсь, вы проживёте достаточно долго. По крайней мере, постарайтесь… Обидно будет потерять такого воспитанного юношу.

Улыбнулась и пропала. Спустя минуту с момента её ухода в камеру ворвался Грек.

– Живой!

С ходу он залепил мне оплеуху.

– С какого?!… – сшибленный на пол я медленно поднимался.

– Не смей больше так меня пугать! – Серж обличающее ткнул мне в грудь крепким пальцем, когда я поднялся с пола. – Ты мой последний пилот! Если подохнешь, то кто разделит со мной тяготы местного гадюшника?

Морщась я распрямился и потёр ушибленный подбородок.

– Рад, что ты так ценишь меня, отец! Но можешь проявлять свою заботу, каким-нибудь менее болезненным способом? Поверь, мне и так досталось.

– Армейский стимулятор? – Скалясь, определил капитан. – Хорошая штука, улучшает настроение и потенцию!..

Вот тут уже я выстрелил в его направлении рукой. Грек грамотно закрылся, отскочил и рассмеялся.

– Ладно, мир! Просто я переволновался малость. А тут такое явное свидетельство твоего выздоровления, ни какими штанами не прикроешь!

Волновался он. Я уселся обратно и прислонился спиной к стальной стене

– Еще слово, капитан и я буду спокойно сносить и одиночество и местный гадюшник!

Он обезоруживающе поднял обе руки вверх.

– Брось, я же извинился

– Всё ок! Я не обижаюсь, уже… Удалось узнать в какой луже мы сидим?

Он сел напротив на такую же точно кушетку.

– В большой и страшной. Мы в тюрьме. Причём очень непростой…

– Ага, а то я не понял…

Грек повернулся, а я пригнулся, ожидая очередную оплеуху, но напарник просто посмотрел, как тогда в баре. Оставалось только теперь мне поднять кверху руки и повиниться. Кажется, мы прочно перешли на «ты». Единственный плюс участия в бою.

– Рассказывай, больше не буду перебивать.

– Проще будет, если сам посмотришь. Пойдём! – Серж поднялся, подал руку и потянул меня за собой.