Читаем Пилот Империи полностью

Костров выстрелил. Его выстрел прошел выше цели и угодил в проём во второго нападающего. Я среагировал чуть позже, но попал в механическую спину первого. Робота с искусственным интеллектом тряхнуло, его закалённые когти пропахали на стальной палубной решётке глубокие борозды. Я разрядил свой шокер ещё раз, на этот раз кибера отбросило на противоположную переборку, и тот замер. Сергей тем временем ожесточённо лупил в кого-то кто упорно лез снаружи, похоже ещё один механический боец. Я оттолкнулся от стены, с разворотом упал плашмя и выстрелил в проём. Последний заряд из шокера достал механическую куклу по левой клешне, на короткое время обездвижив. И капитан смог точно расстрелять кибера в голову. Медленно опускаясь на пол под действием слабой гравитации, я увидел, как разлетелись куски металла и микросхемы от места попадания. Кибер безволной марионеткой улетел прочь, в тёмную глубину космоса. Я ещё успел заметить, как за ним тянутся тонкие следы из микроскопических деталей. Как вдруг нечто с ужасной силой сдавило виски и оглушило… Сознание заволокла тьма.

Я отключился.

* * *

Резкий удар жесткой ладонью заставил встряхнуться всё мое тело тело. Я медленно приходил в себя. Щёку жгло огнём. Застонав и открыв глаза, я едва смог сфокусировать зрение.

Картина перспективы не понравилась сразу. Надо мной склонился незнакомый и неопрятный тип. Его лицо было обезображено рубцами плохо зажившего шрама. Увидев, что я очнулся, пират опустил, занесённую было, руку для повторной экзекуции.

– Э! Пришёл в сэбя, – прокаркал этот тип довольно. Он отпустил ворот моего разорванного комбинезона и шагнул в сторону, пропав из поля зрения. За ним потянулись сопровождающие. Видимо я остался один.

Я лежал на спине, в незнакомом помещении космического звездолёта, по всей видимости того самого, что пленил наш караван судов, и по всей видимости прямо на грязном полу. В голову лезли какие-то посторонние мысли о том, что на пиратских рейдерах редко кто убирается. След от жёсткой пятерни все ещё хорошо чувствовался на лице. Память начала раскручивать события последних часов. Вспомнился короткий бой с киберами и неожиданный звон в ушах. Я притронулся пальцами к голове. Провел рукой в районе ушной раковины. Изображение плыло, но я смог разглядеть – крови не было. Уже хорошо, значит барабанные перепонки не лопнули. Попробовал шевельнуться. Мышцы тела болели, как после воздействия оглушающим излучением. Определённо некоторые ситуации повторяются. Сначала в академии, а сейчас и во время первого рейса.

Стоило задуматься о фатуме, но как-то не хотелось верить, что это не случайные совпадения, а тяжёлый рок судьбы. Ну его, не верю! Человек определяет всё сам в этой жизни.

Наконец чехарда перед глазами спала. С трудом, но я всё же смог осмотреться. Прямо перед глазами маячила странно знакомая опора, сверху над ней нависало бело-красное днище. В странного вида потолке я с трудом узнал наш с капитаном тягач. Вот значит, как.

Попробовал сесть. Кряхтя, очень медленно поднялся. Рвать жешь вашу! Руки оказались скованны стальным захватом. Ноги? Ноги – нет. Но мне на них пока не встать, не с таким положением дел.

– Пилот, – позвал кто-то со стороны, – Уже можешь двигаться?

Я повернул голову туда, откуда шёл слабый голос. Неподалёку ещё одно тело, завёрнутое в комбинезон астронавта наподобие моего, лежащее на решётчатом стальном покрытии пола. На скуле тоже красный кровоподтёк, только, с другой стороны. На отражение вроде не похоже.

– Грек?!

Ох ты-ж маё! Котёнок и тот громче пищит. Я попробовал погромче:

– Капитан?

– Нет. Фея Помпампидур, – без особого успеха сострил он. – Конечно я! Двигаться можешь?

– С трудом…

– Ясно. Глушак. – Констатировал он в общем-то понятный факт.

– Капитан, если вы всё-таки фея, то унесите нас от сюда, – попросил я. В моменты, когда мне плохо я начинаю нести чушь со слабой поправкой на юмор, так было и в этот раз. Кажется, он подобного не ждал, а потому фыркнул и закашлялся. А может, засмеялся?

– Ага, счас взмахну своей волшебной палочкой, и мы сразу уберёмся домой! – Он выразительно потряс в воздухе такими же скованными на запястьях руками. Я расстроился, лучше бы капитан был феей, а так похоже мы круто влипли. Он повернул ко мне своё лицо в таком же разодранном капюшоне и тихо обратился.

– Слушай, пока нас не начали крепко бить, называй-ка меня просто по прозвищу или званию, не вздумай назвать по имени-фамилии.

Таким фактом я невольно заинтересовался.

– Почему?

– Так. На всякий случай, – пояснил Грек. – Были у меня трения с одним синдикатом в своё время.

– Если Семён с ними, пираты наверняка и так вкурсе.

– Клал я на этого упыря! – Взъярился капитан – Ты просто не называй, ладно?

– Ладно, – согласился я.