Можно ли было избежать того, что произошло? Наверняка. С огнем в ветхой деревянной башне, в опасной близости от драгоценных архивов Ронкверка… Тут он действительно не подумал. Но в тот момент он и не мог думать. Ничего не осознавал, был весь во власти эмоций.

Мариса оказалась права, именно эмоции стали ключом к овладению разрушительной магией. Но как же, оказывается, легко они лишают рассудка... Где проходит та грань, что отделяет истинную силу от бездумной и бесполезной мощи? Ответ на этот вопрос должны были дать тренировки, но Ронкверк забрал реликвию. И что теперь делать?

Ленгмар заставил себя встать с постели. Взявшись за дверную ручку, он на мгновение закрыл глаза и прислонился лбом к косяку. Решимости покинуть родные четыре стены ему не доставало.

Перед стариком надо извиниться, это однозначно. Задобрить, пообещать, что впредь такого не повторится. Он ведь не злой и, если по правде, то даже по-своему благоволит Ленгмару. Но сейчас на общение с архимагом Сотворяющих у него не хватило бы духу. Еще свежи воспоминания, как тот валял его по полу. Еще ноют ушибы, еще саднят следы от цепей. Но реликвию то нужно вернуть. И вернуть любой ценой!

- Мариса… - Стрельнувшая в голове идея подарила Ленгмару крошечную искорку надежды.

Вот кто поможет, вот кто станет посредником для наведения мостов с принципиальным стариком. Приняв решение, Ленгмар отправился по лестнице наверх, туда где и обитала ученица архимага.

Древние половицы скрипели под ногами. Он не озаботился светом и потому был вынужден брести в темноте. В очередной раз споткнувшись, Ленгмар про себя попенял Марисе, что забралась жить на такую верхотуру.

Тонкие полоски света, пробивающиеся сквозь щели в двери, выхватили из темноты контуры коридора и Ленгмар вздохнул с облегчением. Прибавил шаг, но в последний момент был вынужден замереть и затаить дыхание. Из каморки раздавались голоса. Мужской и женский:

- … должен поговорить.

- Да ты бы его видела, - Вяло отбивался Ронкверк. - С ним в тот момент невозможно было говорить. Взгляд безумный, огонь во все стороны. Вон, даже рубаху мне пропалил.

Ленгмар не застал начала разговора, но было понятно, что обсуждают его и утреннее происшествие. Юноша тихонько замер у самой двери, вслушиваясь.

- Ну а потом?

- Потом я заходил, но он спал.

- Значит утром поговори, - Продолжала давить на старика Мариса. – Прям первым же делом, как встанешь, пойди и поговори.

- Ладно, не ругайся. Схожу.

Надо же как можно строить архимага. А девчонка молодец. Ленгмар довольно улыбнулся. Посредник из нее намного лучше, чем он мог надеяться. И просить не пришлось. Но теперь уходить было глупо, вдруг еще что полезное расскажут…

- Меня знаешь, что больше всего беспокоит? - После долгой паузы в разговоре, продолжил «интересную» тему Ронкверк. – Он слишком быстро прогрессирует.

- Так у него же эти Крылья. Разве не в кинжале дело?

- А у меня Дары глубин, и что? Думаешь я стал архимагом за пару седмиц? Нет, тут что-то еще и я боюсь, что он повторяет судьбу Н’идегги.

- Той девочки-менталиста, что погибла на площади?

- Той девочки, которую был вынужден убить Кадай, - Внес ясность Ронкверк.

А Ленгмар едва удержался от удивленного возгласа. Пришлось закусить кулак, чтобы не выдать себя.

- У нее все развивалось точно также. Головные боли, резкий рост силы и под конец потеря рассудка.

- Даже не знаю, что сказать.

- Вот и я не знаю. Как бы не пришлось сажать его под замок, - Старик тяжело вздохнул. – Или предпринимать еще чего, более радикальное…

Последнюю фразу он пробормотал буквально себе под нос, но Ленгмар все равно услышал. Более радикальное? Это как с Н’идеггой что ли?

- Думаю в любом случае стоит дождаться Кадая. Он вернется и все решит. Может и не придется никого убивать, а достаточно будет еще раз подчистить память.

Сердце княжича заколотилось быстро-быстро. Хорошее настроение от возможности решить конфликт с Ронкверком улетучилось, как и не бывало. А на место уверенности в завтрашнем дне пришло осознание, что он вообще-то совсем один в стане «врага». Урожденный Магва в долине магов. Здесь куда ни плюнь попадешь в одаренного, по чьей воле может оборваться его жизненный путь.

Ленгмар попятился, еще не понимая, что собирается делать. Но то, что нужно срочно делать ноги, пока не стало слишком поздно – это более чем очевидно.

Глава 42

Монолит грозно шикнул на перепуганную служанку и пинком распахнул входную дверь. В зашторенной комнате стоял полумрак, воздух пропах ядреным запахом благовоний. Ну что ж, попались, голубчики!?

Мысль, что за его спиной плетутся очередные интриги, что ситуация неотвратимо выходит из-под контроля уже несколько седмиц не давала спокойно жить архимагу Повелителей стихий. Он, если честно, со счета сбился сколько ночей подряд нормально не спал. А сколько внеочередных Советов Семи пришлось собрать по самым пустячным вопросам…

Взглядом из-под нахмуренных бровей он обвел собравшихся втайне от него коллег.

- Секретничаем?!