Читаем Пик полностью

НАУТРО я сидел за завтраком за отдельным столом, как обычно в последние дни; другие «товарищи по команде» меня сторонились. Неожиданно в столовую вошли Джош и Тадеуш.

Я думал, они будут говорить про съемки и так далее. Вместо этого Джош объявил:

— Мы приняли решение.

Он вынул из кармана листок бумаги, развернул его.

— Группа В, лидер — Па-Сан. Члены группы следующие. — Джош зачел несколько имен. — Группа П, лидер — я. Члены группы следующие.

И Джош зачел еще несколько имен. Среди них не было одного.

Моего.

Я рта не успел раскрыть, как заговорил техасец. Судя по тону, он был ошарашен не меньше меня.

— Ты хочешь сказать, Пик не идет на вершину?

— Ты глухой? — грубо спросил Джош.

— Нет.

— Ты слышал, как я произнес его имя? — не менее грубо продолжил Джош.

— Нет, — потупившись, ответил техасец.

Это розыгрыш, в отчаянии подумал я. Ведь Джош обязательно сказал бы мне заранее. Это же жестоко! Он просто пытается взять их на жалость. Ждет, что они сейчас скажут: «Нет, Джош, постой, мы ничего такого в виду не имели». Ведь гениальная же идея, правда! Если они сами согласятся меня взять, никаких проблем не будет.

Я ждал этих волшебных слов, но их не последовало.

А Джош повернулся ко мне:

— Прости, Пик, я вел себя как дурак. Они правы, конечно. Это их экспедиция. Они платят, они заказывают музыку.

Я решил: это уж слишком для театра, он переигрывает; надеялся, он понимает, что делает. Я глянул на техасца. Вот сейчас ему пора сказать: «А, черт с ним, ладно, идешь с нами, мы просто решили тебя разыграть».

А вместо этого сказал он:

— Вот и славненько.

— Минуточку! — сказал я. — Это нечестно. Я работал не хуже прочих, залез в Четвертый лагерь наравне со всеми.

— Тема закрыта, Пик, — тихо сказал Джош.

— Ни черта она не закрыта!

Я чуть стол не опрокинул, вскакивая.

— Еще как закрыта, — повысил голос Джош. — Все решено окончательно. Запа сейчас пакует твое снаряжение. Ты, он и его шерпы отправляетесь в Катманду. Грузовик ждет.

Я не верил своим глазам. Это был не розыгрыш. Он правда дал задний ход!

— Прости, что дело не выгорело, — продолжил Джош. — Может, в следующем году попробуем. Ты еще молод, у тебя будет сколько хочешь шансов зайти на вершину.

— Я не верю своим ушам.

— Ладно, идем, помогу тебе собраться.

— Иди к чертовой матери!

Я оттолкнул его в сторону и выбежал вон из палатки.

Добравшись до палатки, я увидел, что вся моя снаряга уже упакована и лежит в грузовике. В самом деле, все было решено, причем заранее. Запа, Йоги и Яш сидели в кузове, ждали меня.

Я смахнул обратившиеся в лед слезы:

— Почему ты мне заранее не сказал?!! Запа покачал головой:

— Лучше так. Жизнь — тяжелая штука, как тебе сегодня довелось узнать.

— Единственное, что я сегодня узнал, — это что ты с папой — вонючие лгуны!

— Нам пора, — не поведя бровью, сказал Запа. — Нам предстоит долгая дорога, надо далеко поспеть до темноты.

Я смотрел на него вызывающе, думая, что он продолжит, но было ясно: тема в самом деле закрыта. Водитель грузовика завел мотор.

Мы выехали из лагеря. Нам вслед вышел Джош и помахал мне. Я в ответ показал ему средний палец. Он в ответ улыбнулся мне своей фирменной улыбочкой. Если бы Запа не схватил меня за воротник, я бы спрыгнул с грузовика и открутил Джошу голову голыми руками.

Я поверить не мог, как быстро все закончилось. Нет, в смысле, я понимал, что на вершину Эвереста могу и не попасть, но я-то думал, причиной неудачи будут погода, травма, недостаток выносливости... а не какие-то дебильные бизнес-махинации!

Джош даже словом не обмолвился, что я должен делать, оказавшись в Катманду. Наверное, дожидаться его. А может, он сразу отправляет меня в Чиангмай. Мне было плевать. Как только я окажусь там, куда он меня направляет, я звоню маме и, если обстановка позволяет, немедленно возвращаюсь в Нью-Йорк. Точно я знал лишь вот что: я больше никогда не буду иметь с Джошуа Вудом ничего общего.

Мы проехали по ухабистой дороге километра три, до китайского блокпоста. Они проверили наши документы, тщательно обыскали грузовик. И только тут до меня дошло, что Сунджо с нами нет. Я был в такой ярости, что забыл и думать про него. Пришлось подождать, пока мы не отъедем от блокпоста подальше, и только тогда спросить Запу:

— А где Сунджо?

— Он ждет нас впереди, — сказал Запа.

Похоже, Сунджо тоже сняли с маршрута. Видимо, на фоне действий капитана Шека предприятие стало слишком рискованным. К моему стыду, эта мысль знатно подняла мне настроение.

Проехав еще с три километра, грузовик притормозил. Я встал и перегнулся через кабину, ожидая увидеть Сунджо, но перед нами были только як и носильщик, направлявшиеся в базовый лагерь. Поравнявшись с яком, грузовик остановился. В носильщике я узнал Гулу. Он улыбнулся своим беззубым ртом и долго говорил с Запой; я, конечно, ни слова не понял. Закончив, Гулу помахал рукой и продолжил свой путь в базовый лагерь.

Мы проехали еще пару километров, снова остановились. Такими темпами мы прибудем в Катманду через год-другой. Тут Йоги и Яш выпрыгнули из кузова и принялись выгружать снаряжение.

— Что за черт?

— Группа Т, — ответил Запа.