Читаем Пигмей (Pygmy) полностью

Агент моя рука золотистое жижо лицо нанеси. Вокруг шея повози. Жарко, вонько, золотое жижо кожу опали, медицинская запах ноздря шибани, испарение глаз заслези.

– Лосьон после бритья, – свин собака повтори. – Запах убойный, бабы кипятком писают.

На ярлык латиница надпись, черное на желтое: «Полоскатель листерии».

Агент моя щека гори, щипли. Мнение сообщай данный боевик, что типичный самка американский агрессивно свободна да весь мир известна, что привычка на каждый угол вагина пахучая обнажай. Девственность тьфу да презирай. Аборт сделай два пустяка, как чихни. Только и норови, что влажный красный рот вокруг член мужской половой оберни.

Брат свин собака челюсть отвали. На данный боевик смотри да не моргай.

Агент моя уточни:

– Разве неправда?

– Эх, Пигмей… – Свин собака кровь-сопля по губа размажь. – Твои бы слова да богу в уши!

Агент моя голова картинка нарисуй, кошка невидимка приемный сестра нарисуй. Сестра кошка глаз внимательный, много-много все примечай. От картинка член боевой-половой возбудись да штанина ползи, как змея.

Следом затем за угол заверни, тупик окажись. Стена дверь белый, надпись буква М да картинка: человек фигурка самец.

Свин собака разъясни:

– Это называется питьевой салон. Заходишь, а там чаши с питьевой водой. Самая чистая, самая свежая в Америке. На колени становись и пей, сколько захочешь. – Брат свин собака глаз не мигай, губа не улыбайся. – Зайди попробуй! Тебе понравится, отвечаю. – Приемный брат рука дверь М пихни, внутри пол белый кафель да стена белый кафель.

Мало-мало данный боевик внутрь зашагай, тут же едкий вонь ноздря шибани, как тот ресторан, что зверь малыш на обед зажаривай. Много-много сернистая аминокислота воняй да тяжелый мясо экскремент. Кока-кола продукт распада воняй: бензонат натрия да цитрусовая кислота, что в желудок бензол синтезируй, рак прямой кишки вызывай, вонючий рак на вонючая место.

Позади агент моя дверь тихо щелкни, одиночество сотвори.

Вдоль стена чаша, три-четыре рядок, глазурь керамика. Вдоль другая стена железный дверь-ширма, два-три рядок, внутри чаша да чистое вода, рядом рулон салфетка, что рот попивший отирай. Всё как свин собака научи. Сразу потом железный дверь распахнись, да водопад зашуми – ш-ш-ш! – водоворот на белый керамика. Из-за дверь человек мужчина голос подавай:

– О-па, пигмей! Привет, сучок!

Светло-желтый челка, взгляд синяя молния пускай, фуфайко черное да надпись «Иоан., 3:16». Карман джинса толсто, банкнот награбленный содержи. Светло-желтый обидчик голова тряхни, челка отмахни.

– А ну, расстегни штаны. Ты ведь из дикого племени? Мумба-юмба, кровавое яйцо. Покажи, что тебе шаман в залупу зашил.

Быстро, резко, как порох – коу-йя! – прыжок, локоть раскинь, «двойной удар парящего орла» право-лево по виска, где кость тонко – хряп! Острый локоть череп под волоса уверенно найди. Светло-желтый осядь, опустись, колено подогни да тулово на кафель шмяк.

Агент моя тулово сзади за ремень, как чемодан, за дверь-ширма занеси. Живот чаша питьевая уложи, лицо стена обопри, в белый кафель. Обморок обидчик пребывай, кости сустав болтайся, как скелет, да рот мычи. Агент моя колено копчик упирай – светло-желтый спина изогни, анус правильная позиция займи. Теперь штаны-трусы за ремень тащи данный боевик, собери внизу, как гармошка, да сверху наступи-придави.

Светло-желтый щека на стена, веко трепещи, мало-мало разлепляй да синий глаз покажи. Губы боком кафель кусай да хрипи:

– А…бля?

Агент моя ширинка молния распусти. Затем пальцы пучок остро, как змеиный голова – ча! – светло-желтый рот по самое костяшко, «удушающий выпад питона», зубы раскорячь да укус возможность забери. Трахея на запор, лицо эпидермис сейчас розово, скоро красно, позже фиолетово.

Светло-желтый ногти скреби, «удушающий выпад питона» убрать желай да не умей. Глаз синий молния на пол-лицо полыхай, каждая мышца напрягись, да без кислород сразу распустись. Анус обидчик цвет белое, как кафель; оттенок розовое, коричневое, мало-мало голубое, да будет много. Промеж ягодицы прячься, как роток беззащитно, только и может самозащита, что щипай.

Агент моя ширинка член боевой-половой извлеки – упруго, как копье, да на конец капелька. Один рука трахея забивай, другой рука шея упирайся, щека бледно-желтый стена размажь. Обидчик нос на сторона сверни, через ноздря кровь-сопля пусти на белый кафель, вниз ручеек, американский флаг, белое да красное, да звездочки перед глаза. Следом затем агент моя шея отпусти да палец прямо указуй, ноготь, как лопата, узкий анус зарой-вонзи, что сфинктер сделай широка.

Тулово бледно-желтый извивай, судорога мало-мало, пока ноготь погружай данный боевик, как сверло, через анус пробирай, всё всухую, как положено. Нежный шкурка счищай, канал для член боевой-половой уготовь.

Тут и удар в два бедра – глубоко член засади, до кишок добей. Бледно-желтый на цыпочки аж поднимись: убежать желай, да не умей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза