Читаем Пятерка полностью

Примерно через тридцать секунд дверь отворилась и вошел человек. В руках у него была коричневая папка. Он закрыл за собой дверь и взглянул Кочевнику в глаза лишь тогда, когда сел по другую сторону стола.

Они посмотрели друг на друга в упор.

— Вы влипли в историю, Джон, — сказал этот человек.

Первым побуждением Кочевника было мысленно пожать плечами и остаться сидеть с каменной мордой, как вели себя другие заключенные, когда пытались сделать хорошую мину под давлением или в отчаянии, но он это го делать не стал, потому что пришедший сказал правду и без выпендрежа, что следовало уважать. Все же Кочевник не ответил и несколько секунд просидел, пытаясь составить мнение о посетителе.

Это был мужчина лет пятидесяти, в хорошей физической форме. Седые коротко стриженные волосы отступали от висков и напоминали тугую шапку. Выбрит так чисто, будто бритва для него — предмет культа. Военный? Густые брови все еще черные, глаза — бледно-голубые, как небо. Квадратный подбородок героя комиксов, но искривленный нос боксера, которому несколько раз крупно не повезло на ринге. Одет в джинсы и темно-серую тенниску. Кочевник успел заметить, что у него черный ремень и черные кожаные туфли с дырочками. Рост где-то шесть футов с дюймом, широкие плечи, руки такие, будто он зарабатывает на жизнь колкой дров. На кистях выступают вены — один из немногих признаков, что годы берут свое. На лице несколько глубоких морщин, очерчивающих рот и углы глаз, но нет той обвислости, которая появляется у людей к старости. Той грусти по упущенным шансам и вчерашним дням, уплывающим в зеркале заднего вида. Скорее этот мужик был похож на человека, не упустившего ни единого представлявшегося шанса. Глаза живые и острые. На пальце тонкое золотое обручальное кольцо, часы на руке хорошие, но не кричащие. Обе ладони плоско лежат на коричневой папке, которую гость положил перед собой на стол.

— Кто вы такой? — спросил Кочевник.

— Меня зовут Труитт Аллен, агент Федерального бюро расследований в Тусоне. Документ показать?

Он потянулся за бумажником.

ФБР, подумал Кочевник. Почти военный. Крутой мужик явно. Все же Кочевник ответил:

— Неплохо бы.

И подождал, пока ему показали раскрытый бумажник, откуда блеснул золотой щит и удостоверение с неулыбающейся деловитой физиономией Аллена.

— О’кей. А теперь — хотите посмотреть, кто убил Майка Дэвиса и ранил Джорджа Эмерсона?

Вопрос подействовал, как двойной удар сразу в грудь и в живот.

— Как? — сумел прохрипеть Кочевник.

— Вот он. — Аллен вытащил из папки лист бумаги и подвинул к Кочевнику. Это была цветная фотография мужчины, глаза в тени. — Последняя фотография с водительских прав. Его зовут Джереми Паркер Петт, родился пятого января тысяча девятьсот семьдесят восьмого года в Рено, Невада. Видали его когда-нибудь?

Кочевник был ошеломлен. Кажется, он покачал головой:

— Нет.

Аллен дал ему еще некоторое время поглядеть на это лицо, потом вернулся к папке.

— Врачи дают мистеру Эмерсону восемьдесят из ста, что он поправится.

— Это хорошо. Э… гм… спасибо. А почему… — Кочевник никак не мог составить вопрос, пришлось подождать, пока слова придут. — Почему этот самый… Петт… нас…

— Вы это поняли, да? Что Джереми Петт охотится за вами? Точнее было бы сказать, за вашей группой.

Кочевник с трудом проглотил слюну.

— Что мы ему сделали?

— Мы об этом поговорим, — сказал Аллен, не отводя глаз. — Но сперва поговорим на другие темы. Вы побледнели. Дать воды?

— Нет, все в порядке.

— Вы уверены?

— Да, — ответил Кочевник и не покривил душой. Сделав глубокий вдох, он медленно выдохнул. — Это… я такого не ожидал сегодня. Так как вы выяснили, что это он?

— Потом. Сейчас надо поговорить о вашем будущем. Я так понимаю, вы отказались встречаться с капитаном Гарца, когда он сюда пришел. Я беседовал с мисс Коллиер о вашем с ней телефонном разговоре. Можно было бы подумать, что вы хотите здесь затаиться и подождать, пока мир перестанет вертеться. Это так, Джон?

— Я хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Хм, — сказал Аллен. — Прошу прощения, но это не выйдет. Вы сейчас мне слишком нужны, чтобы я мог себе это позволить.

— Нужен? Зачем?

Аллен чуть подался вперед, все еще держа руки на папке, где была фотография Джереми Петта.

— Я хочу вас отсюда увести, — сказал он. — Сегодня. Точнее… он глянул на часы, — в ближайшие полчаса.

— А как же! — Кочевник не смог сдержать психованной усмешки. — Вот так взяли и вышли из тюрьмы. После всего, что я натворил? Прям щаз!

— Да, прямо сейчас, — спокойно подтвердил Аллен.

Кочевник уставился ему в глаза, ставшие какого-то кремневого цвета.

Вы серьезно? Как, хрен его подери, я могу отсюда выйти? Я заключенный!

— Очень просто. Я вас выведу.

— Вы можете… вывести меня отсюда? Ни хрена себе. — Он откинулся на спинку стула. Ему хотелось засмеяться, но вряд ли Труитту Аллену это понравится, а Кочевник решил, что Труитта Аллена зря доставать не стоит. — Вряд ли это просто. Не знаю, в чем тут дело, но это непросто.

— Да, вы нанесли некоторый ущерб. Сорвались с нарезки, так сказать. Но после того как вас сюда поместили, прояснились некоторые моменты.