Читаем Пятерка полностью

— Ух, какой там был музыкальный фон, просто ох… — едва заметная пауза, и Ариэль уже ждала крепкого слова, но Чэппи взяла себя в руки, — …охнуть и ахнуть, — сказала она. — Сколько всего происходило, сколько было групп. Как оно было искрометно. И мы в середине всего этого. Никто сейчас не поверит, сколько песен было написано о сестрах.

Ариэль кивнула. Чэппи не стеснялась признавать свое членство в сестричестве групи. Если послушать, как она рассказывала раньше, Чэппи и ее «сестры во утешении» полностью посвящали себя сохранению рассудка у своих рокеров и обеспечению им комфортной жизни, чтобы ничто не мешало созданию шедевров. Их рождению.

Ариэль допила сок и снова сказала спасибо.

— У меня кофе есть. Хочешь? — Чэппи показала на кофейник. На столе стояла ее собственная чашка — сувенирная, может быть, оригинальная, с групповым портретом «The Eagles». — А… ты же, наверное, из чайных девочек, не кофейных?

— Верно.

Чэппи налила себе кофе.

— Так ты думаешь, что мистер Аллен и эти люди сумеют вас защитить? — Она потянулась к буфету, открыла его плавным, неспешным и полностью машинальным движением, завершившимся доставанием полубутылки «Джека Дэниэлса». Как будто ничего естественнее нет, чем плеснуть глоток виски в утренний кофе. — Полагаешься на ФБР?

— Похоже, что да — пока что.

— Ну, пока ты жива. — Чэппи закрыла бутылку и отставила в сторону. Пригубила своего высокооктанового горючего. — Как и моя дочь. Но ты же знаешь, что вчера ты едва не погибла? Нэнси Грейс по телевизору вчера сказала, что этот тип со «Стоун-Черч» подражал Джереми Петту, и она думает, что будут и другие. Слушай, если бы ты была моей родственницей, я бы вскочила на самолет и полетела за тобой. И сказала бы, что никакое турне и никакая музыка не стоят того, чтобы за них идти на гибель. Я бы сказала: отложи все, пока этот псих не окажется за решеткой.

— Вы что-нибудь подобное говорили Берк? — спросила Ариэль, зная ответ.

Чэппи сделала еще глоток.

— Знаешь, это, наверное, самый затертый штамп в мире, но я все-таки скажу: Берк шагает под свой барабан. Иной, который только она слышит. Она может испугаться, но никогда этого не покажет и никогда ни перед кем не спасует. Даже перед этим… — Снова повисло в воздухе слово и снова не упало. — Даже перед этим психом.

— Берк — сильный человек, — согласилась Ариэль. — Завидую ее силе. Умению добиваться того, чего она хочет.

— Да, отличный был бы мир, если бы каждый был как она. — Чэппи попыталась улыбнуться, но не очень получилось: слишком много было горечи в сердцевине улыбки. Чэппи встала и пошла проверить мультиварку.

Ариэль решила, что хватит рассиживаться.

— Я, наверное, выйду пройтись сейчас, — сказала она. Накануне она во дворе перед домом заметила деревянную скамейку под эвкалиптом. — Спасибо за…

— Я удивилась, что она вообще согласилась приехать, — перебила ее Чэппи, и Ариэль собралась отбивать нападение. — Даже пусть Флойда нет. Удивилась, но и только.

— Ну… — У Ариэль было чувство, будто она ступает на зыбкую почву. — Может быть, она хотела проверить, все ли у вас в порядке.

— Мне пришлось почти умолять ее приехать. Забрать то, что он ей оставил. Он мне прямо сказал в начале прошлого года: если с ним что-нибудь случится, он хочет, чтобы она получила то, что он для нее сохранил. Это для него было важно. — Она кивнула. — Да, очень важно. И еще письмо. Я ему сказала, что ничего не случится, все с ним в порядке, надо будет только еще раз проверить для надежности. Мэнли приходила дважды в неделю проконтролировать, какой принимает лекарство, и давление померить. Но он… Он сказал, что иногда устает. Вот просто устает. Ведь все устают. — Она поднесла чашку ко рту, но так и не глотнула, опустила, не коснувшись губами. — Они все что могли сделали — бригада «скорой». Я видела, как они работали, и знаю. Но Бог ты мой, как же мне его не хватает. — Рука взметнулась вверх, пальцы прижались к губам. Глаза заблестели. — Но главное — он очень, очень старался. Старался быть Берк отцом. Только она его держала на расстоянии. Поворачивалась спиной, что бы он для нее ни делал. О’кей, ну так он… он не был величайшим барабанщиком в мире в отличие от Уоррена — который сам о себе так думал. Флойд не знал музыки и не шатался с группами, а что любил больше всего на свете — так это читать. Или сидеть на диване и смотреть футбол или старые фильмы, и не было в нем блеска… но было что-то существенное. Ты меня понимаешь?

Она посмотрела на Ариэль с надеждой, и та ответила, что понимает абсолютно.

Чэппи заговорила снова, с очень уважительной интонацией: