Читаем Пятая Салли полностью

Прежде чем отключиться, я успела подумать: ничего, Белла, когда-нибудь я с тобой поквитаюсь.

* * *

Белла взглянула в зеркало, накрасила губы, надела красный шелковый шарфик, который обнаружился в шкафу.

– Значит, нас ждут! Ладно, Бетти Уинз. Пойдем, устроим им шоу.

Вместе с Тоддом под дверью раздевалки торчал еще какой-то тип. Белла приложилась к Тоддовым губам, чего он явно не ожидал, и пропела:

– Увидимся позже, милый.

– Господи! – пробормотал Тодд.

– Я не подведу, – хихикнула Белла и пошла за водителем, отчаянно виляя бедрами.

Водитель, молодой смазливый пуэрториканец по имени Пако, провел Беллу к платформе, украшенной цветами. Везти платформу должен был белый пикап. Помимо цветов имелись бутафорский жеребец с коляской, большой лотерейный барабан, четыре усилителя звука и один микрофон.

– Что делать, знаешь? – уточнил Пако.

– Я всегда знаю, что делать, – голосом Мэй Уэст проговорила Белла, забираясь в коляску и беря поводья. – Так-то, красавчик Пако.

– Отлично, – хохотнул Пако. – В кабине тоже есть микрофон. Я тебя объявлю, а тебе надо будет спеть пару песенок на свой вкус, а потом махать всем этим пижонам, пока я три раза не проеду перед ними. Ползти буду как черепаха, сразу предупреждаю. Потом остановлюсь посреди зала, а ты займешься лотереей.

Появление платформы было встречено бурными аплодисментами.

– Привет, Бетти Уинз!

– Спой для нас, Бетти!

– А сиськи у тебя настоящие?

– Кто из жеребцов нынче у тебя в фаворе, Бетти?

– А кто на очереди?

Белла взяла микрофон и спела «Кэмптонские скачки». Аудитория взорвалась овациями.

Пако поблагодарил всех за то, что пришли на мероприятие. Бетти Уинз собиралась вытащить мячик из лотерейного барабана. Все время на нее были направлены объективы кинокамер.

– Бетти, мои мячики лучше!

– Бетти, захочешь погарцевать – я к твоим услугам!

Белла помахала рукой, сняла жокейский шлем, крутнула барабан, извлекла несколько мячиков и объявила:

– Каждому симпотному победителю достанется бонус – мой поцелуй.

Толпа восторженно завопила.

Белла продолжала заигрывать со зрителями. Потом заметила кинокамеру, облизнула губы и с интонациями Мэрилин Монро произнесла в микрофон:

– Измельчал шоу-бизнес. Чтобы получить эту роль, мне даже спать ни с кем не пришлось.

Под рев зрителей Белла исполнила зажигательный танец с элементами стриптиза.

Затем она вытащила пять выигрышных номеров. Владельцами первых трех билетов оказались мужчины; каждому достался поцелуй. Под конец Белла исполнила «Мое сердце принадлежит папуле». Ей аплодировали стоя. Несколько мужчин помоложе вспрыгнули на платформу. Пако газанул, двинулся к выходу. Охрана с большим трудом согнала посторонних с платформы.

– Вы были неподражаемы, – сказал Тодд.

Белла вновь поцеловала его в губы, на сей раз – еще более страстно.

– Пойдемте, – выдохнул Тодд.

– Куда?

– Вы переоденетесь, я отвезу вас домой.

– Нет, я хочу сделать ставку. Еще ведь будет один забег.

– Стэн говорит, фаворитов определить невозможно.

– А кто это – Стэн?

Тодд долго смотрел на Беллу, соображая. Качнул головой.

– Вы – не вы. Я это сразу понял, еще возле раздевалки.

– Как это – не я? А кто же?

– Женщина, которая была с Элиотом. Которая танцевала до упаду и просила называть ее Беллой.

– Ты меня совсем запутал, котик, – пропела Белла, забравшись пальцами к Тодду за пазуху. – А эти придурки мне надоели. Пойдем. Я вся горю.

Пока Белла переодевалась, я долбила ей мозг: хочу выйти, хочу выйти.

– Мы ведь договорились, – отшучивалась Белла.

– Я тебе весь выигрыш отдам, все четыреста семьдесят баксов, только скройся!

– Нетушки! Я пела, я зажигала. Значит, и деньги мои, и время тоже.

– Ты об этом пожалеешь, Белла.

– Чего?! Ты сама согласилась на мои условия. Поздняк метаться.

Мне оставалось только отступить. Возле раздевалки Беллу дожидался Тодд.

– Если уж вам неймется сделать ставку, не шикуйте. Стэн говорит, шансы у лошадей примерно равны.

– Пусть себе говорит.

Белла подошла к окошку, где принимали ставки на пятьдесят долларов и выше, и поставила все четыреста семьдесят долларов на победу Сумрачной Салли. Думала, очень остроумно. Сумрачная Салли пришла четвертой.

– Ну и что ж, – сказала Белла, сексуально потягиваясь. – Зато нервишки пощекотала.

– Вы умеете проигрывать.

– Про деньги, как и про мужчин, я всегда говорю: свято место пусто не бывает.

Тодд отвез Беллу домой, и она пригласила его выпить.

Он шагал за ней по лестнице, а я кляла себя за идиотскую сделку. Если Белла вздумает переспать с Тоддом, неминуемо появится Джинкс. Бестолочь Белла о Джинкс и не вспоминает, а зря.

Тут меня осенило. Сделку-то я заключала, остальные не в курсе. Значит, можно выпустить кого-нибудь другого и устроить Белле жестокий облом. Но кого выпустить? С Нолой хлопот не оберешься. Значит, подойдет дуреха Салли.

Белла пошла в спальню переодеться во что-нибудь более удобное, а Тодд занялся напитками. Тогда-то я и стала выталкивать на свет Салли. Та упиралась, не желала включать мозг. Белла попробовала возмутиться, дескать, нечестно это.

Но кто ее слушал?