У этих философов и мысли какие-то уж слишком простенькие, и мечты какие-то ненастоящие. Этот рабом был – он все про свободу, самая главная, говорит, вещь. Другой богат был, как Моисей Иосифович с улицы Лизы Чайкиной, так он деньги решил презирать. Третий заявил, что все меняется из-за противоположностей, и, очевидно, счел эту мысль очень дельной. А Шопенгауэр вообще почему-то решил, что самое главное – быть умным, и зачем-то умным стал считать именно себя.

Пес Василий, честное слово, мудрей философов этих.

Из них только Августин дело говорил, но очень уж давно жил, говорят, несовременный, и Кьеркегор лишнего не выдумывал – жаль, что его никто не читает из-за фамилии.

Наши на Петроградке не такие. Они душою мечтают, а потому мудрецы. И засыпают они весной с настоящими мечтами, а не с какой-то логической дребеденью. Какие же они философы?

А весна их обнадеживает зачем-то. Я думаю, не нужно это.

Пусть их мечты не сбудутся. Ведь им новые тогда придумывать. А это очень плохо – все время новые мечты придумывать. Лучше об одном и том же мечтать.

Я не имею в виду, конечно, пса с котом. У них мечты жизненно важные. Тут уж пускай все получится. Хотя бы у пса.

<p>Ботинки</p>

<p>Введение</p>

Задумался я недавно над простыми вопросами.

Нет, не над тем, что пожрать и куда дальше. Попроще. Типа, что такое жизнь, как она связана со смертью и при чем тут время.

Так как вопросы очень простые, и ответ получился простым.

Каждый из вас, я уверен, и сам давно ответил на эти вопросы. Что тут, собственно, странного и непонятного. Не стоило и огород городить.

Меня беспокоит лишь то, что у нас ответы могли получиться разными. Вот и решил вам свой ответ показать.

Чтобы свериться, как говорится.

Все простое очень сложно описать, а доказать и подавно.

Например, сказать, что дважды два – четыре, очень просто, но поди докажи. Особенно если у вас свой ответ есть. Приходится показывать четыре яблока и двигать их туда-сюда.

Вот и вспомнил я одну историю. Там как раз три основных участника: один похож на смерть, второй на жизнь, а третий – вылитое время, хронос, ни дать ни взять.

Я про каждого из них потихонечку рассказывать буду, а вы сами выводы делайте. Может быть, мой ответ и неверный вовсе. Тогда про свой мне расскажете.

<p>Глава 1</p>

Смерть

Люблю проснуться и лежать. Особенно если за окном дождь.

Лежишь. Капли стекают по холодному стеклу. А под одеялом тепло.

И не нужно никуда.

А сегодня, как назло, солнце, и на работу очень даже нужно.

Терпеть его не могу, солнце это. Особенно в Питере. Особенно летом.

Ну стоило город на болоте строить, чтобы тут солнце было?

И капли на стекле засохли. И жара.

Блин.

И мама еще будить меня пытается. Уже четвертый раз приоткрывает щелку, просовывает в нее рот, чтобы тихо что-то сказать.

Мама не умеет будить.

Во сне даже комар лучше такого зудежа. Его хотя бы пришлепнуть можно.

С утра съезжу в офис, потом к Тохе, потом с заказчиком пересекусь. Так, наверное, все успею.

Да встаю я, встаю.

Когда в белые ночи жара, ни один кондиционер не помогает. Толщина стены в доме с мою кровать. Если эту стену прогреть – всё, дома баня. А солнце круглые сутки светит.

Только москвичам белые ночи в Питере могут нравиться. Уверен, на Петроградке все как один эти ночи дурацкие ненавидят. А если говорят, что любят, значит, ненавидят где-то глубоко в душе. Хотя и ждут их зимой.

Хотя бы плеснуть на лицо прохладной водой, как-то полегче стало бы. Но эту воду холодной не назвать. Она прохладная и потому кажется липкой.

Мама еще кофеек погорячее заварила, как назло. Рассказывает что-то. Есть у нее манера – не давать нормально поесть своими разговорами. И телик не давать смотреть нормально, загородила и стоит. А ведь там Бритни Спирс в самолете пляшет. Изображает, будто очень соблазнительная.

Заказчику надо будет сегодня цену сказать, чтобы я точно был уверен, что мне на все хватает.

Да, на мотоцикле я, мам.

Будет теперь мозги промывать, как небезопасно и все такое.

В прихожей прохладно. Потому что в ней нет ни окон, ни наружных стен, есть только дверь в прохладную парадную.

Надо бы мне «казаки» нормальные купить, а то в кедах на моцике как-то не понтово.

Да, мам, все, пошел.

Где-то к девяти.

Ну все, давай.

Жизнь

Пацаны, я что хочу сказать. Я хочу сказать, правильный Колян был чувак.

Не, я не про то, что он мой «гелик» намутил. Намутил, кстати, так, что не стыдно и на параде с президентом проехаться. Я про то, что он вообще правильный чувак был.

Подлей-ка, Семеныч, что застыл-то.

И пацаненка этого пришибленного он ведь тоже приютил. Ты вот смог бы так? Вот и молчи, а он приютил.

Что?