Читаем Петр Берон полностью

Идея о том, что процесс совместной трудовой деятельности есть второй важнейший фактор формирования членораздельной речи, является одним из крупных достижений болгарского мыслителя. Придерживаясь своего исходного положения о том, что процесс создания человеческого общества обусловлен естественными причинами, Берон при анализе фактов, вызвавших рождение языка, приходит к важнейшему заключению: совместная трудовая деятельность является основой языка В процессе коллективного добывания материальных благ появляется потребность в средстве обмена мыслями для получения большего эффекта от общих усилий. Без языка невозможно организовать совместную деятельность людей, направленную на увеличение материальных благ, на борьбу с силами природы. Язык — одно из средств, с помощью которого человек выделился из царства животных. Он помог людям объединиться в общество, создать цивилизацию, развить свое мышление, т. е. стал существенным фактором человеческого прогресса.

Взгляды Берона, конечно, отличаются от современной научной теории о роли языка в формировании общества, но они свидетельствуют о том, что мыслитель был на правильном пути к разрешению проблемы. Не случайно поэтому он пришел к идее о том, что трудовая деятельность явилась одним из факторов рождения языка, что язык есть средство выделения человека из животного мира. Он высказал важную мысль о том, что вместе с развитием социальной жизни происходит совершенствование языка и мышления. Появление языка приводит к физиологическим изменениям в организме человека. Совершенствование языка влечет за собой прогресс мышления и сознания. В основе всего этого лежит оседлый образ жизни, семейные, племенные связи и коллективный труд. «Семейная жизнь породила законы, общие для всех семей, живших совместно; голосовой орган стал служить в первую очередь для отражения состояния индивида, издававшего звуки. Это отражение, однажды хорошо понятое, стало источником всех изменений, указывающих не только на физическое состояние говорящего индивида, но и на его интеллект» (там же, 110).

Правильной является также мысль Берона о том, что звуки, издаваемые человеком, выражают не только его состояния и восприятие им окружающих вещей, но и его мысли. Берон глубоко разработал и идею о языке как об образе мира в голове человека. Процесс двустороннего развития языка-мышления совершается при совместной работе, или, как он выражается, во время добывания пищи.

В процессе общественной трудовой жизни стали от отдельных звуков постепенно переходить к звукосочетаниям, а затем и к определенным словам, выражающим мысли людей и обозначающим предметы. Этот процесс привел к образованию языка с определенным грамматическим строем. По мнению Берона, первыми возникли так называемые эпифеномены, или звуки, выражающие то или иное состояние субъекта. Повторяемые многократно, они стали также средством выражения минувших состояний. «Это подражание в сущности есть начало языка; оно не встречается у животных, которые издают много звуков, для того чтобы показать сг>ое сиюминутное физическое состояние» (там же). После эпифеноменов в языке закрепляются звуки, обозначающие имена существительные — собственные и нарицательные. Берон утверждает, что всякое племя употребляет различные звуки для обозначения таких предметов природы, как луна, звезды, небо, реки и т. д. Эти звуки не были понятны ни соседним, ни более отдаленным племенам, но зато их хорошо понимали члены данного семейства, племени. Именно в этом и состоит причина большого разнообразия языков. «Для обозначения одного и того же объекта, такого, например, как солнце, луна, звезды и др., в каждой общности использовали различные звуки» (там же, 483).

Совершенствование языка приводит к образованию прилагательных, обозначающих качественные признаки, размер и форму предметов, а позднее к возникновению глаголов, наречий, местоимений, предлогов, собирательных существительных и пр.

Берон, как уже отмечалось, утверждал, что ощущения присущи и животному, и человеку, но логическое мышление — только человеку. Человек становится мыслящим существом лишь в социальной обстановке и при наличии языка. Для получения ощущения или представления об объекте совсем не обязательно, чтобы этот объект всегда был налицо. Слова могут вызвать такие же представления, как и предмет, непосредственно воспринимаемый человеком. «Именно таким образом стало возможным... сочетание логических представителей множества объектов без физического воздействия на сами эти объекты» (там же, 113).