Г. Тавризян

ПЫЛАЮЩИЙ АЛТАРЬ

(La Chapelle ardente)

Пьеса в трех действиях. Написана в 1925 году

Алина Фортье

Октав Фортье, ее муж, полковник

Ивонна Камбрен, их дочь

Маленький Жак, ее сын

Мирей Прадол, молодая девушка, живет в семье Октава Фортье

Марта Вердэ, сестра Октава

Андре, ее сын

Луиза, горничная

Анна, горничная

Время действия 1920–1921 гг.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

^{Просторная гостиная в загородном доме. Две двери — справа и слева; в глубине — большой, почти во всю стену, застекленный выход в сад.}

^{Алина сквозь лорнет смотрит в сад, затем подходит к звонку у камина, нажимает на кнопку. Минуты ожидания.}

Луиза (входит). Мадам звонила?

Алина. Что там за игрушки?

Луиза. Не сердитесь на меня, мадам. Это госпожа Камбрен велела мне подняться с ней на чердак, посмотреть, не найдется ли среди вещей господина Раймона (Алина вздрагивает) игрушек для Жако.

Алина. Вы спросили у меня разрешения?

Луиза. Я собиралась, но госпожа Камбрен сказала, что в этом нет надобности. А когда мне велят…

Алина. Луиза, здесь я одна отдаю распоряжения.

Луиза. Я думала, мадам не будет возражать… поскольку это для ее внука…

Алина. Извольте отнести эту коробку туда, откуда вы ее взяли.

Луиза. Но когда госпожа Камбрен увидит… ведь Жако в самом деле нечем играть.

Алина. Очень жаль, что моя дочь не захватила с собой все, что нужно ребенку. Впрочем, Виктор сейчас собирается в город, он купит необходимое.

^{Из сада вбегает Мирей. На ней платье для тенниса, в руке — ракетка.}

Алина. Так скоро, дорогая?

Мирей. Да, дальше уже пришлось бы играть под палящим солнцем.

Луиза. Вам приготовить другое платье, мадемуазель?

Мирей. Нет, спасибо, я останусь в этом.

Алина (обращаясь к Луизе). Сделайте, пожалуйста, как я сказала.

Мирей (подойдя к Алине, с нежностью). Я с тобой еще не поздоровалась как следует (помолчав) …мама.

Алина. «Мама»… Ты уверена, что тебе хочется называть меня так?

Мирей. Да. Позволь мне это.

Алина. Не знаю… Меня смущает…

Мирей. Согласись: будь я его женой, ты бы находила такое обращение совершенно естественным.

Алина. Возможно.

Мирей. Теперь, когда его нет, мне кажется, мы с тобой стали еще ближе.

Алина. Милая! (Крепко обнимаются.) Во всяком случае… только если у тебя это получается само собой, хорошо? А не ради того, чтобы доставить мне удовольствие. Может быть, твоим родителям было бы больно, если бы они могли это предвидеть.

Мирей. Но я ведь не знала их. Нет, нет, ты мне мама! (Молчание.)

Алина. Кто был на теннисе?

Мирей. Как обычно: Генриэтта, Жанна, их братья… Ну, и Робер Шантёй.

Алина. Он теперь почти всегда приходит?

Мирей. Да…

Алина. Все такой же несимпатичный? (Неопределенный жест Мирей.) Мне он таким показался с твоих слов.

Мирей. Да, он, наверное, не очень располагает к себе… Правда, он хорошо играет. Но у него есть манера: оглядывать всякого, кто приходит на корт, с головы до ног…

Алина. Какая невоспитанность.

Мирей (неуверенно). Я бы даже не сказала, что он плохо воспитан…

Алина. И тем не менее та шуточка, которую он в прошлый раз отпустил в адрес Жанны Морель, показалась мне весьма дурного тона!

Мирей. Ну и память у тебя! Я уже забыла, что рассказывала тебе об этом. Но ты, наверное, права. Еще он постоянно насмехается над старой тетушкой Морелей — той, что глухая…

Алина. Да уж!

Мирей. И потом, он так самодоволен. Сегодня я застала его в момент, когда он смотрелся в карманное зеркальце. Правда, он скорее хорош собой, но все же… Ты ведь его никогда не видела?

Алина. По-моему, нет.

Мирей. Такая внешность не всем нравится: очень черные волосы и светло-голубые глаза. Непривычно. (После неловкого молчания.)… И взгляд часто чересчур жесткий.

^{Входит Ивонна.}

Ивонна. Здравствуй, мама. Здравствуй, Мирей, как дела? (Не выслушав ответа, обращается к матери.) Ты не знаешь случайно, куда положили игрушки, которые я велела спустить с чердака для Жако?

Алина. Знаю, конечно. Я только что сказала Луизе, чтобы она отнесла их обратно.

Ивонна. Вот те на! Но почему? Малыш в последние дни особенно хнычет, не знаешь, как его развлечь.