Читаем Пьесы полностью

А д ъ ю т а н т (стукнув шпорами). Хорошо, я доложу его императорскому высочеству. (Кланяется Марии Николаевне, Яблочкову, гостям и уходит.)

М а р и я. Что ты наделал, Павел?

Ж е н е й р у з (тихо Гилларду). Слыхали?

Г и л л а р д. Трудный ребенок.

В о р о н о в и ч (пытается обнять Яблочкова). Ты отважный храбрец, Павел! Пусть наши великие князья знают, что такое дворянство! А то зазнались. Это говорю я, Воронович! Русский дворянин!

С к о р н я к о в. Это нескромно, Павел Николаевич, извините меня…


Внизу голос Глухова: «Молодец!»


Я б л о ч к о в (смотрит вниз и видит Глухова). Коля! Николушка!

Г л у х о в. Пашка! Павел!


Они бегут по лестнице навстречу друг другу, обнимаются.


Л а к е й (появляется наверху лестницы у двери). Господа! Начинается второе отделение концерта.

Я б л о ч к о в (не выпуская из объятий Глухова). Маша, скажи им, чтоб они шли в зал.

М а р и я. Дорогие гости, прошу вас послушать симфонию! Не обращайте внимания на хозяина, к нему приехал товарищ, которого он давно не видел.

Я б л о ч к о в. Да, да, настоящий соотечественник, настоящий соотечественник.


Г о с т и  уходят в зал.


Г л у х о в. Здравствуйте, Мария Николаевна!

М а р и я. Здравствуйте, Николай Гаврилович.

Я б л о ч к о в. Да поцелуйтесь вы, я не ревнивый муж.

Г л у х о в. Здравствуйте, Машенька!

М а р и я. Здравствуйте, Николушка!


Целуются.


Я б л о ч к о в. Перестаньте целоваться наконец!

Г л у х о в (хохочет). А ты молодчага! Я сразу узнал моего компаньона по мастеровой физических приборов. Как ты этого князя!

Я б л о ч к о в. Будь они прокляты! Сколько унижений я от них вытерпел. Сколько чертей опрокидывал на их головы, сколько плакал как баба. От беспомощности, от их тупости! Осчастливил! Хочет видеть! На! Выкуси! (Глухову.) Садись, садись прямо тут, на ступеньки, там негде, всюду гости. Садись и ты, Маша.


Все трое садятся на ступеньки.


М а р и я. Надолго ли?

Я б л о ч к о в. Что в Москве?

М а р и я. Почему вы не писали нам? Что вы делили все это время? Где вы остановились? Вы женаты?

Я б л о ч к о в. Почему ты сразу не пришел ко мне?

Г л у х о в. Я думал, ты не узнаешь меня.

Я б л о ч к о в. Колька!..

Г л у х о в. Я на последние франки приехал сюда. На выставку! Решил уму-разуму набраться. И вдруг — русский свет! Павел Яблочков! Я глазам своим не поверил. Выходит, что я в Париж приехал на русское изобретение смотреть..

Я б л о ч к о в. Теперь никуда от нас. Со мной будешь. Здесь. Работать… Изобретать… Помнишь ванну? (Смеется.) Хорошо мы жили тогда!

Г л у х о в (серьезно). Нет, Павел, мы с тобой вместе назад уедем. На родину.

Я б л о ч к о в (сумрачно). Мне туда пути заказаны. В тайной канцелярии против меня огромное дело заведено. Ведь они же знают, что я поддерживаю русских революционеров, на мои деньги открыта столовая для эмигрантов, я давал деньги на газету и на журнал. Герман Лопатин — он в Петербург по чужому паспорту уехал — пишет, что нельзя мне там показываться.

Г л у х о в. Павел! Накануне моего отъезда в Петербурге на улице был арестован Герман Лопатин.

Я б л о ч к о в. Погоди! Но я дал Елене и Лопатину деньги на побег Чернышевского из Вилюйска.

Г л у х о в. Очевидно, Лопатин не успел выехать из Петербурга.

М а р и я. Как же после этого вы предлагаете Павлу ехать в Россию?

Г л у х о в. Я не знал, что Павел дал ему денег.

Я б л о ч к о в. Лопатин не скажет. Он ничего не скажет. Они будут его четвертовать, но он не выдаст меня.


Из зала выходит на цыпочках  Ж е н е й р у з, за ним — Г и л л а р д  и еще  н е с к о л ь к о  г о с т е й.


Ж е н е й р у з. Музыка прекрасна, Поль, слов нет. Но там душно, и так хочется курить. Мы сбежали. (Внимательно разглядывает Глухова.) А потом этот Воронович! Он совершенно пьян и все время икает.

М а р и я (Гилларду). А вам тоже не понравилась музыка?

Г и л л а р д. Музыка прелестна, миссис, но я больше люблю, откровенно говоря, ковбойские песни.


По лестнице бегом поднимается  с е к р е т а р ь  Яблочкова. Он подходит к Яблочкову и что-то шепчет ему.


Я б л о ч к о в. Я не понимаю, что вы там бормочете. Говорите громче.


Секретарь опять что-то шепчет.


Громче!

С е к р е т а р ь (громко). Его императорское высочество великий князь генерал-адмирал Константин Николаевич.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Пьесы
Пьесы

Великий ирландский писатель Джордж Бернард Шоу (1856 – 1950) – драматург, прозаик, эссеист, один из реформаторов театра XX века, пропагандист драмы идей, внесший яркий вклад в создание «фундамента» английской драматургии. В истории британского театра лишь несколько драматургов принято называть великими, и Бернард Шоу по праву занимает место в этом ряду. В его биографии много удивительных событий, он даже совершил кругосветное путешествие. Собрание сочинений Бернарда Шоу занимает 36 больших томов. В 1925 г. писателю была присуждена Нобелевская премия по литературе. Самой любимой у поклонников его таланта стала «антиромантическая» комедия «Пигмалион» (1913 г.), написанная для актрисы Патрик Кэмпбелл. Позже по этой пьесе был создан мюзикл «Моя прекрасная леди» и даже фильм-балет с блистательными Е. Максимовой и М. Лиепой.

Бернард Шоу , Бернард Джордж Шоу

Драматургия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература