Читаем Пьесы полностью

Тюремщик(собирая со стола нетронутый хлеб и тарелку с цветной капустой, про себя). За двадцать лет моей работы это семнадцатый. И все они сходили с ума. (Ставит поднос на табуретку, собирает со стола.) Один съедает сразу целого гуся, другой буйствует, третий становится тихим, как дитя… И все это потому, что они спятили. А вот он поет и думает, что это ему поможет… А может, и так! (Взяв поднос, хочет уйти из камеры.)

Убийца(спокойно протягивает ему маленькую подушечку; деловито, словно между прочим). Положите сюда мою голову и пошлите матери по почте. Говорят, нары здесь такие жесткие…

Тюремщик(не без удивления кивает головой). Да-да. (Уходит с подносом.)

Убийца подходит к табуретке, с лукавым взглядом опускается на колени, кладет голову на нее в профиль так, как это будет делать на плахе, затем мгновенно поднимает голову, снова медленно и осторожно кладет на табуретку, только теперь на левую щеку, и косит глазами на воображаемый, занесенный над ним топор. Слышатся приближающиеся шаги. Убийца поднимает голову, прислушивается, вскакивает, подходит к рампе и с веселым любопытством смотрит на дверь.

Сцена седьмая

Убийца(радостно удивленный). Ах, это вы! (Направляется к вошедшим и, улыбаясь, протягивает им обе руки.)

Тюремщик отводит ему руки назад и надевает наручники.

(Не сопротивляясь, продолжая улыбаться, прокурору.) Скажите, господин прокурор, вы обедаете в ресторане?

Прокурор(растерявшись). Да.

Убийца. И у вас там, конечно, есть салфетка с кольцом?

Прокурор смущенно кивает.

Мне бы очень хотелось узнать: вы и сегодня будете вытирать тарелку для супа свернутой салфеткой?

Прокурор делает тюремщику знак. Тюремщик хочет увести убийцу.

Одноглазый(потеряв самообладание, делает последнюю отчаянную попытку спасти убийцу и бросается между ними. Прокурору, с отчаянной мольбой). Заклинаю вас, вы же не можете, не можете казнить сумасшедшего!

Убийца улыбается, с любопытством прислушивается, словно речь идет не о нем.

Прокурор(взяв себя в руки, деловым тоном). Господин судебный эксперт еще раз подтвердил, что осужденный абсолютно нормален. (Не обращая внимания на застывшего в отчаянии одноглазого, делает знак тюремщику.)

Сознание убийцы вдруг снова проясняется. Он понимает, что ему предстоит. Тюремщик хватает его, он дико вырывается, кричит изо всех сил; его тащат из камеры. Все уходят.

Дверь остается открытой. Крик удаляется. Одноглазый, оставшись в камере, без сил падает на нары, безудержно рыдает, раскачиваясь всем телом. Встает, беспомощно ходит по камере, зажав уши, чтобы не слышать крика; снова падает на нары, дико оглядывается по сторонам. Трогает маленькую белую подушечку, прячет в ней лицо, когда снова раздается крик, полный смертельного страха. Крик затихает.