Читаем Песочные часы полностью

Но больше всего я любил её улыбку. Мне не удавалось найти себе места, когда у неё на лице была грусть. Весь мир переставал существовать для меня в те моменты. Я старался не давать ей грустить. Её яркая улыбка зажигала во мне свет даже в самые тёмные дни. Она могла согреть меня в самый холодный день, лишь улыбнувшись. У этой улыбки были свои секреты, но я не пытался их разгадать. Я просто наслаждался ей.

В ее губах была какая-то магическая сила, которая притягивала меня к ним.

ГЛАВА 3

Я любил целовать её. У неё были очень выразительные губы. Когда она говорила, я смотрел на них, не отрываясь. Она никогда не красила их, чтобы подчеркнуть свою красоту. Её алые губы были прекрасны и без этого. Они были прекраснее красных роз, которые я покупал для неё, когда она грустила.

Её губы были сладкие на вкус. Слаще сахарной ваты, которую она очень любила.

Мы покупали её всегда, когда гуляли. Она кушала её медленно, наслаждаясь каждым укусом. Вата застывала на её губах. Они становились ярче звёзд на ночном небе и слаще карамельных яблок.

Я помню наш первый поцелуй. Мне никогда не удастся забыть, что я чувствовал тогда. Мы ещё были мало знакомы, но уже тогда нас тянуло друг к другу. Гуляли мы вдали от других, недалеко от леса, где не было людей. Только завывания ветра и шелест листьев нарушали кромешную тишину. Мы шли, держась за руки, наслаждаясь друг другом. Она сказала, что ей холодно. Я не испытывал холода в тот момент. Мои чувства к ней согревали меня. Я обнял её, чтобы ей стало теплее. Она дышала мне в шею своим ровным и нежным дыханием. Я смотрел на её очаровательные губы, которые манили меня своей красотой. И вот, не в силах больше сопротивляться, я рискнул и поцеловал её. Наши губы слились в единое целое. Весь мир перевернулся внутри меня в тот момент. Он засиял такими красками, которых я не видел прежде. Лавина эмоций, которую я испытал тогда, накрыла меня с головой.

Я был счастливее всех на свете, потому что она была моей. Потому что эти сладкие и волшебные губы были моими. Все, о чем я мечтал тогда, это ещё раз прикоснуться к её мягким губам, которые были слаще мёда и нежнее, чем кожа младенца.

Под звуки гитары я мечтал о будущем с ней, и боялся, что гитара перестанет играть.

ГЛАВА 4

Когда нам было холодно, мы приходили к ней домой. Это было очень уютное место. Мы часто пили чай на кухне. Она очень любила чай с имбирем и мёдом. Это был самый вкусный чай, который мне доводилось пробовать. Я наслаждался каждым глотком. Мне казалось, что он был наполнен её чувствами. Это согревало меня. Мы пили его очень медленно, растягивая удовольствие и смакуя каждый глоток, как карамельную конфету. Когда чай кончался, мы шли в комнату, где ложились на кровать и лежали, обняв друг друга. Мы могли долгое время молчать, но в этом молчании было много слов. Мы никогда не смотрели фильмы у неё дома. Это было не нужно. Нам было хорошо и уютно вместе, даже в тишине.

Иногда она играла мне на гитаре. Я слушал, и каждый аккорд был прекрасен, как звук ручья, который течёт посреди тихого леса и манит своим привлекательным звоном. Она любила петь под мелодии своей гитары.

Слышали бы вы её голос. Он был чарующий и великолепный, самый чистый и звонкий голосок из всех, что я когда-либо слышал. Он завораживал меня. Время останавливалось для меня в тот момент. Мне было тяжело дышать, потому что поток чувств заполнял меня и не давал мне набрать воздуха в лёгкие.

Я полюбил её ещё сильнее тогда. Полюбил жизнь за то, что она подарила мне такого ангела, который сидел рядом со мной у окна в уютной комнате и убаюкивал меня своим волшебным голосом под мелодичные аккорды гитары.

Ее улыбка была дороже любого бриллианта и красивее золотого кольца на безымянном пальце.

ГЛАВА 5

Она очень любила Цоя. Знала слова каждой песни наизусть. Ей нравилось петь, а я любил слушать её ровный и детский голосок, который проникал в самую глубь моей души и разжигал там огонь. Я любил музыку, но слушать, как она поёт любил больше. Мне никогда не надоедало это. Я дышал её песнями. Я дышал ей.

Мы приезжали к стене Цоя. Та, что стоит на Арбате. Она очень хотела туда попасть, хотела посмотреть на стену своего кумира. А я хотел быть рядом с ней в этот момент, видеть огонь в её глазах и получать удовольствие от увиденного. Она разглядывала каждый кирпичик, каждую надпись на этой стене. Иногда её дыхание сбивалось, настолько она была возбуждена тогда. Мы стояли около стены около получаса, прежде чем решили, что пора уходить. Она сфотографировала её, и это был чудесный кадр. Самый лучший из всех, которые она когда– либо снимала. Она вложила в него не только душу. Она вложила в этот снимок всю себя. Как я вкладывал всего себя в неё.