Ольга Лаптева

Песни Поморья

Интонация северной сказки позволяет связать три исторических пласта: настоящее (жизнь современных поморов, сохраняющих или не сохраняющих традиции своего народа), далекое прошлое (мифы/мифологизированные истории, песни и сказки) и XX век (время, когда серьезные изменения коснулись Русского Севера, время испытаний и перемен). Многие поморские былины подробно рассказывают о промысле народа – о добыче соли и жемчуга, об охоте и рыбалке. Поэтому через материалы этнографических экспедиций, комментарии исследователей и рассказы современных жителей Поморья создается портрет народа в прошлом и настоящем. Строгая красота северной песни передает характер поморов.

Таинственная атмосфера северной сказки, погружение в мир, наполненный музыкой и шумом моря, другое бытие, где «все от моря», где в порыве отчаяния люди обращаются к Океяну-Батюшке, где не ропщут на судьбу, если «море взяло» чьи-то суда, чьи-то жизни. Все от моря, и песня льется, как холодная, чистая вода, и отражается в ней Северное солнце.

Путешествие в деревни и поселки Архангельской области, фольклорное наследие поморов – песни, отличающиеся от деревни к деревне. Общей остается только тематика: свадьба, уборка урожая, проводы в армию. Особенности исполнения (и диалекта) в каждом из поселений.

Фильм-путешествие открывает невероятные красоты Севера, мощь и силу Белого моря, потрясающие восходы, закаты, северное сияние. В нем представлены четыре сезона природы. Лучшие эксперты, музыканты, этнографы и фольклористы рассказывают о поморской северной песне. О ней же говорят жители поморских деревень. Это удивительное и масштабное полотно, сплетенное из истории песни, истории края, стихии природы. В фильме разнообразно, мощно, лирично, мелодично, ярко и красиво звучит поморская песня.

«Поморская песня и есть стихия, как таковая, энергия, мощное самостоятельное явление. Она будет жить, покуда жив Север…»

Ольга Лаптева, режиссер

Да жить я уеду, не приеду, ой да года два…

На мила дружка,

На дружка ли на серде… ой,

На дружка на серде… ой сердечныва.

Наша Нёнокса богатая:

Хлебом-солью тороватая.

Хлебом-солью тороватая,

У нас домы высокие…

Ой, ты ли-то не бойся, мой да любезнай,

ой, да до зорюшки пораньше разбужу…

– А чем песня помогает?

– Даже не знаю, чем она помогает. Я всю жизнь пою, не знаю. Вот видишь, девяносто семь годов прожила, а не знаю, что помогает.

– Жить помогает…

– Поморы – это, конечно, удивительные люди. Это человек свободный. Там никогда не было крепостного права. Многие из них были старообрядцами, то есть, они достаточно бережно относились к традициям, к памяти. Люди, которые действительно могут быть жёсткими. Это семьи, где роль женщины была чрезвычайно высокой, потому что мужчин по полгода может дома не быть и поэтому, в общем-то, можно говорить даже о равноправии. Это грамотность почти повсеместная, что удивительно. Есть же такой стереотип, что русский Север такой… заповедник древнерусской культуры: там былины, сарафаны, эпос, песни… И так далее…

– Отмечено исследователями, где лучше всего сохраняется эпос. Эпос встречается и остается наиболее сохранным, и вообще он популярен, как вид какой-то деятельности. Рассказывание эпоса, в тех краях, где русское население соприкасается… оно граничит с какими-то другими народами. И эпос подчеркивает вот эту идентичность русскую. То есть, носители эпоса – это всегда люди, которые граничат с другой культурой. И которым нужно, может быть, каждый день или время от времени, себя утверждать в том, что они к этой культуре принадлежат.

Дмитрий Баранов:

– Отношение к морю, к лесу, не как к объекту, который можно изменить, покорить, переделать, а как к субъекту, как к партнеру по диалогу, равноправному диалогу, и важно договориться с ним. Не «я – оно» – не эта модель реализуется, а «я – ты». И вот всякие приметы, персонификация – «Море-батюшка», «Морской царь» и так далее… Всё свидетельствует о том, что мы живём в этом поле взаимодействия равных участников в этой игре как бы большой, которую поморы ведут с внешним миром.

Сядем, миленькой, поедем

За дальние города,

Где солнышко греет,

Луна – никогда.

– Эта церковь была построена мои братом Павлом Григорьевичем по его инициативе. Потому что здесь служил мой прапрадед.