Читаем Песчинка полностью

Наутро, после сильных волнений минувшего вечера, Мохендро чувствовал какую-то вялость. Была середина месяца пхальгун, близилось жаркое время года. Обычно по утрам Мохендро занимался, но сегодня он, откинувшись на подушки, остался лежать на тахте. Время шло, а он и не думал вставать и идти купаться. По улице, громко зазывая покупателей, проходили торговцы; шум экипажей под окнами не смолкал ни на минуту. Рядом, за оградой, только на днях построили новый дом. Жена соседа и ее дочери, напевая, дружно утрамбовывали крышу. Теплый южный ветер ласкал Мохендро, который чувствовал себя совсем разбитым, и, казалось, восстанавливал его силы. Клятвы, зароки, отчаянные усилия, вражда – все это стало вдруг таким далеким в это томительное, расслабляющее все тело весеннее утро.

– Что с вами сегодня, господин мой? – воскликнула Бинодини, входя в комнату. – Вы не пошли купаться? А завтрак уже готов. О, да он все еще лежит! Плохо себя чувствуете? Голова разболелась? – И, подойдя к тахте, Бинодини положила руку ему на лоб.

Мохендро, полузакрыв глаза, едва слышно произнес:

– Мне нездоровится. Я не пойду купаться…

– Тогда поешьте хоть немного, – сказала Бинодини с трогательной заботливостью.

После завтрака Мохендро снова лег, а Бинодини, присев у его изголовья, принялась осторожно массировать ему голову.

– Милая Песчинка, – не открывая глаз, сказал Мохендро, – ты еще не завтракала, пойди поешь.

Но Бинодини не ушла. Жаркое дыхание полдня колебало занавес у окна, и в комнату долетал неясный шепот трепетавшей у ограды листвы пальмы.

Сердце Мохендро закружилось в быстром танце, ритм его становился все стремительнее. И словно в такт ему, от горячего дыхания Бинодини слегка зашевелились волосы на голове Мохендро. Оба молчали. Мохендро стало казаться, что он плывет по бесконечному потоку в беспредельной вселенной. Вот его лодка приближается к берегу, – может, кто и войдет в нее, но надолго ли?..

Сидя у изголовья и медленно проводя рукой по лбу Мохендро, Бинодини все ниже и ниже склоняла голову, пока наконец прядь ее волос не коснулась лба Мохендро. От этого нежного прикосновения у Мохендро перехватило дыхание и дрожь пробежала по всему телу. Он порывисто сел на постели и со словами: «Довольно. Мне нужно идти на занятия» – встал, избегая взгляда Бинодини.

– Не беспокойтесь, я сейчас принесу вашу одежду, – сказала она.

Мохендро отправился в колледж, но и там никак не мог успокоиться. После бесплодных попыток сосредоточиться он вернулся с занятий раньше обычного. Войдя в комнату, он сразу же увидел Бинодини, которая, лежа на тахте, читала какую-то книгу. Ее густые черные волосы были распущены. Казалось, она не слышала шагов Мохендро. Он подошел на цыпочках и остановился. Увлеченная чтением, Бинодини тяжело вздохнула.

– О красавица, – окликнул ее Мохендро, – не трать жар своего сердца на выдуманных героев. Что ты читаешь?

Бинодини вскочила и торопливо спрятала книгу в складках сари. Мохендро стал отнимать книгу. После долгой борьбы Бинодини наконец уступила. Она сидела отвернувшись, тяжело дыша и сердито молчала. Мохендро прочел название. Это был роман «Ядовитое дерево».

Сердце Мохендро громко стучало. Наконец он через силу улыбнулся.

– Ну и одурачила же ты меня! – сказал он. – Я-то думал, тут какая-нибудь тайна, а это, оказывается, всего лишь «Ядовитое дерево»!

– Какие же, по-вашему, у меня могут быть тайны?

– Ну, скажем, письмо от Бихари?

Молния сверкнула в глазах Бинодини. Только что тут резвился бог любви, и теперь его вновь обратили в пепел.

Бинодини стремительно поднялась – словно пламя взметнулось ввысь. Мохендро схватил ее за руку.

– Прости меня, я пошутил! Прости, пожалуйста! – воскликнул он.

– Пошутили? Над кем? – возмутилась Бинодини и гневно вырвала руку. – Если бы вы хоть были достойны его дружбы, я простила бы вашу шутку. Но вы, ничтожный человек, на дружбу не способны – только и умеете, что насмехаться.

Она повернулась, чтобы уйти, но Мохендро обнял ее ноги.

Вдруг на них упала чья-то тень. Мохендро, вздрогнув, разжал руки, поднял голову и увидел перед собой Бихари.

Юноша уничтожающе посмотрел на обоих и сказал очень спокойно и холодно:

– Вижу, что явился не вовремя, но я сейчас уйду. Мне нужно сказать тебе два слова. Я не знал, что твоя жена в Бенаресе, и поехал туда. Невольно я оказался виноватым перед ней. Но просить прощения у нее самой я не мог, поэтому и пришел к тебе. Если когда-нибудь вольно или невольно я и поддался нехорошим мыслям, то, очень прошу тебя, пусть это не станет причиной неприятностей для нее.

Появление Бихари взорвало Мохендро. Нашел время выказывать свое благородство!

– Ты, я вижу, разыгрываешь простофилю из сказки: признаться – боишься, а не признаться – не можешь, – насмешливо сказал он. – Зачем же тогда просить прощения и изображать из себя святого?

Бихари словно оцепенел. Потом он сделал над собой усилие, губы его зашевелились.

– Бихари-тхакур, умоляю вас, не отвечайте! – воскликнула Бинодини. – Не говорите ничего. Слова этого человека опорочили его, вас эта грязь не коснулась!