Читаем Пес войны полностью

«Куда он повернет? — пряча монетку и вынимая из-за пояса бесшумный „ПСС“, ломал голову Сашка. — Если влево — придется перенести операцию на завтра… Ну же, давай родной, крути баранку вправо!..»

Словно услышав эти мольбы, здоровенный темный лимузин плавно свернул в его сторону, осветив частокол древесных стволов. Двигатель взревел, снова набирая обороты.

Метнувшись к толстому дереву, Баринов снял с предохранителя пистолет. Его нынешнее отнюдь непростое оружие имело массу особенностей, посему сорвав левой рукой с головы темную бейсболку, он прикрыл ей сверху окно ствольной коробки, через которое отражатель с невероятной силой выбрасывал использованную гильзу метров на пятнадцать вправо от стрелка. Когда авто поравнялось с ним, а яркий свет перестал бить по глазам, спецназовец от бедра — не поднимая рук, произвел единственный выстрел. Сразу же переменив позицию — покинув газон с произраставшими на нем деревьями, он оказался за углом дома. Там остановившись, на секунду обернулся — оценил плоды своих усилий…

Противно визжа по асфальту резиной, тяжелая иномарка боком неслась на металлический фонарный столб, что бестолково — не давая освещения, обитал на противоположной стороне улицы. Еще через мгновение майор услышал звук сильнейшего удара — дорогой автомобиль врезался в мачту своим лакированным правым бортом, осыпав тротуар мелкими, поблескивающими в тусклом освещении стеклами…

— Дело сделано. Только бы эта тучная барышня, названная Газыровым Любой, не покалечилась, — прошептал он, возвращаясь в центр города темными закоулками.

Теперь, согласно его плану, наступала очередь Элеоноры. А точнее ее сногсшибательной внешности — приехавшая с ним на Дальний Восток девушка должна была занять должность секретаря Газырова вместо слегка пострадавшей и менее привлекательной Любой…

Баринов почти не сомневался в искренности обещаний Асланби Вахаевича организовать за ним тотальную слежку на Дальнем Востоке. Еще в вагоне-ресторане поезда «Москва-Владивосток» он ловил на себе долгие, подозрительные взгляды двух-трех попутчиков. Неоднократно в его голове мелькала дерзкая мысль свернуть шеи сначала им, потом смазливой Элеоноре, а затем, сойдя на ближайшей станции, вернуться в Кизляр — разобраться с обидчиками Ильвиры и Ренаты по-свойски, по-спецназовски. Но всякий раз приходилось отказываться от этого экспромта — Сашка понятия не имел, сколько всего агентов директора «Южной ночи» пасло его в поезде. Да и отсутствие связи с танцовщицей непременно встревожит штаб «Слуг Ислама»…

В краевом центре он так же подмечал некие странные детали в поведении и манерах людей, скорее всего, неслучайно оказывающихся поблизости. Сутки назад, спеша в кафе на первую встречу с Элеонорой, майор узрел компанию из трех мужчин и одной женщины, долго следовавшую в том же направлении по противоположной стороне широкого проспекта. Он специально завернул в какой-то бутик и минут пятнадцать выбирал дорогой галстук, поглядывая сквозь затемненное витринное стекло на улицу. Компания снизила скорость прогулки до минимальной, а потом и вовсе остановилась. Молодые люди кавказской национальности мило о чем-то беседовали, не забывая при этом бросать выжидающие взгляды на входную дверь бутика…

Все это лишний раз подтверждало догадки Александра: за Асланби стоит весьма серьезная и многочисленная террористическая организация, щупальца которой дотянулись до самых отдаленных точек России. Одно лишь слегка успокаивало: эти темные личности не станут вмешиваться в процесс обработки Газырова до той поры, пока все идет по плану, утвержденному владельцем казино из далекого Кизляра…

Спецназовец и танцовщица условились встречаться в небольшом уютном кафе близ Спортивной гавани раз в два-три дня. Она не скрывала радости от этих встреч — молодой человек представлялся ей неким посланником из обыденной, привычной жизни и, в общении с ним, отпадала необходимость претворяться; лицедействовать, натягивая чужую маску; можно было расслабиться, дать волю эмоциям, воспоминаниям из нормального, не обремененного фальшью бытия. Была, конечно, и другая — сугубо личная причина той поспешности, с которой Элеонора бежала сломя голову на эти свидания…

Для него же рандеву с напарницей носили характер будничный, с тенью надежды, что обмен информацией способен положительно повлиять на ход выполнения миссии и, следственно — приблизить день освобождения Ильвиры и Ренаты. Сегодня новый секретарь Газырова, не взирая на запрет, внезапно примчалась к нему в гостиничный номер и преподнесла весть, не только отдалявшую этот знаменательный и счастливый день, а, возможно и вовсе ставившая на нем жирный крест…

Сообщение из Кизляра, переданное Асланби Вахаевичем через Элеонору, прозвучало для Баринова сродни грому среди ясного неба. Ему с удивительной легкостью удалось организовать поставку «Слугам Ислама» двух вагонов «товара», и он, получив условный сигнал со станции Бикин, с нетерпением ждал окончания операции, как вдруг…