Спустя пару минут, от шумной команды остались одни неприятные воспоминания. Чудом уцелевший страж помог подняться напарнику, и они сообща занялись уборкой битого стекла в холле. Несколько посетителей все-таки решили ретироваться от греха подальше и вальяжно, будто не слабость духа, а позднее время или иные важные обстоятельства явились сему виной, продефилировали к дверям. Две блондинки так же сочли свой отдых оконченным, но, проходя мимо целившего по шару Александра, притормозили…

— А у вас, молодой человек, неплохо получается обращаться с бильярдными прибамбасами, — негромко и откровенно заигрывающее сказала одна.

— И по их прямому назначению тоже… — улыбаясь, поддержала приятельницу другая, следя за точно пущенным в угловую лузу шаром. — Не дадите ли парочку уроков?

Спецназовец распрямился и ответил в том же ключе:

— Боюсь, мои уроки вам не по карману.

— О-о!.. — театрально и в один голос удивились барышни, — и сколько же стоит час вашего драгоценного времени, учитель?

— Очень дорого, — изрек он, однако, уловив безнадежный вздох подружек, добавил: — Правда, иногда я делаю небольшие скидки…

— Тогда договоримся, — вновь заулыбались они.

Почти одновременно девицы извлекли из сумочек визитные карточки и протянули Баринову.

— Звони, Рембо… — шепнула одна.

— Не пожалеешь… — подмигнула вторая.

Когда смазливые дамочки удалились походкой манекенщиц, он извинился перед партнером по игре — очкастым интеллигентом, терпеливо дожидавшимся окончания флирта, сунул визитки в задний карман брюк и стал выбирать шар для следующего удара…

Однако ж окончиться этой партии суждено не было.

— Извините, молодой человек… — неожиданно раздался поблизости вкрадчивый и тихий голос.

Майор обернулся. В метре стоял пожилой администратор в темно-серой паре.

— Прошу прощения за беспокойство, — повторил он, чуть поклонившись. — Нашему хозяину стало известно об инциденте, улаженном вами, если можно так выразиться, с непринужденной легкостью… Он приглашает вас в свой кабинет и желает отблагодарить.

Положив кий на стол, Сашка развел руками, снова извиняясь перед очкариком, и направился за распорядителем, уже семенившим куда-то вглубь бесконечных подсобных помещений…

Глава четвертая

Владивосток

У одного из причалов грузового порта, возвышался пришвартованный теплоход «Владимир Обручев». На большом торговом судне пришла очередная партия автомобилей и вскоре начиналась их разгрузка.

Руслан приехал сюда, скорее, от безделья — проветриться. Духота прокуренного кабинета давила, а день обещал быть солнечным, теплым и безветренным. С утра не покидало хорошее настроение. Дело с двумя вагонами оружия и взрывчатки успешно завершилось, и даже если в будущем всплывут какие-то невидимые пока «подводные камни» — после предпринятых шагов, он мог чувствовать себя относительно спокойно.

Охранники грелись под лучами яркого весеннего солнца возле двух машин, припаркованных у края асфальтовой дороги, ведущей к терминалу. Газыров же лениво прогуливаясь вдоль причала, с наслаждением вдыхал свежий морской воздух и любовался медленно движущейся горбами густо-бирюзовой водной массой. Кружившие над рябью бухты чайки, беспокойно кричали, то и дело присаживались на воду и снова взлетали…

«Исходя из соображений безопасности…» — припомнил фразу эмиссара кавказец. Именно из этих соображений, Рамзан не стал посвящать его в детали всей операции. Он подробно рассказал лишь о наиболее ответственном этапе — вербовке нужных людей, закупке и отправке товара до маленькой станции Бикин, что располагалась на юге Хабаровского края. Посланник — осторожный и умный молодой человек, говорил скупо и не проронил за долгую беседу ни одной лишней фразы. Передав в руки Руслана сумку с деньгами и глядя прямо в глаза, он честно признал: часть плана, выполняемая Газыровым — самая сложная. Слишком высока вероятность засветиться и провалить всю секретную операцию целиком…

«Имя — Рамзан, скорее не настоящее. Если бы меня накрыли оперы, или фээсбэшники — что бы я мог рассказать о нем или о заказчиках, его приславших? Знаю только внешние приметы: высок, плечист, черноволос, черты волевого лица идеально правильны, губы тонкие, глаза серые… а боле — ровным счетом ничего! Не смог бы выложить ни слова даже под пытками… Что ж, — подумал он с некоторой гордостью за своих земляков, — серьезные люди, работают умно и с размахом!.. Поучиться можно. Но, право, слишком уж рискованный у них бизнес, да к тому же, сколько смерти они несут людям!.. Сколько смерти!»

Все это без конца держало в неразрешимом напряжении, покуда не поступил условный сигнал. После короткого телефонного разговора с неизвестным абонентом кривая настроения неуклонно поползла вверх, не взирая на то, что, он прекрасно понимал: произойди осечка на любом из последующих этапов операции — все ниточки неизменно приведут расследование во Владивосток. Сначала к Скрябину, а уж затем, несомненно, к нему…