Читаем Пес войны полностью

На очередную встречу со своим старым знакомым владелец «Южной ночи» приехал первым. Приехал на окраину Кисловодска — знаменитого курортного города, что располагался почти на половине пути от Кизляра до Ставрополя. Так в общении этих двух закадычных друзей и давних деловых партнеров было заведено не первый год — они созванивались, договаривались о рандеву и одновременно выезжали с разных сторон в Кисловодск…

С момента гибели пятерых людей Асланби Вахаевича на путепроводе Владивостока прошло уже более двенадцати часов. Упав с двенадцатиметровой высоты, темно-зеленая иномарка полностью сгорела и теперь над обугленными трупами ее пассажиров колдовали эксперты-криминалисты, пытаясь установить их личности. Трое оставшихся агентов «Слуг Ислама», недавно обосновавшихся в Дальневосточном краевом центре, рыскали по городу в поисках пропавших товарищей и пока не решались доложить в Кизляр всемогущему боссу о непонятной заминке. Посему настроение у директора казино «Южная ночь» было еще не испорченным…

— Ну вот, дорогой мой, видишь, насколько все великолепно складывается! Его доклад прогнозировался, и я его ждал. До оперативного дежурного Управления он не дозвонился бы никогда — ему был дан фиктивный, несуществующий номер. А ты переживал…

Довольно улыбаясь, Асланби Вахаевич кивал в такт словам приятеля и потихоньку потягивал прохладное «Ахашени»…

— Да… признаться, я не очень-то верил в эту затею, — кивнул он, посматривая в окно маленького придорожного кафе. — Знаешь, ведь проку от этих эмиссаров совсем немного — один из десяти добивается сносных результатов. В соседние с Чечней регионы мы давно не суемся — там твои коллеги — контрразведчики носом землю роют. А излишки нужного нам «товара» либо уже разворованы, либо охраняются так, что ни за какие деньги не добраться…

— Ты предложил осваивать север. А Дальний Восток, согласись, был моей идеей.

Владелец казино разливал по фужерам следующую порцию превосходного грузинского вина и соглашался:

— Не спорю. На севере мы с превеликим трудом сумели добыть всего два вагона, а тут вдруг такая удача!.. И где ты только откопал этого пробивного парня?

— Места нужно знать «рыбные», — самодовольно усмехнулся собеседник. — Ты не представляешь, сколько я повозился с Бариновым! Переворошил кипы архивных документов, разыскивая подходящую кандидатуру; затем выждал, пока наш спецназовец слегка оступится в своей карьере… И только после этого пошел с ним на контакт. Да с майором все получилось блестяще!

Полковник Полевой курил крайне редко, но под настоящее грузинское вино, регулярно привозимое с собой Асланби Вахаевичем на эти нечастые встречи, порой позволял себе расслабиться. Достав из металлической коробочки, что лежала на темной клетчатой скатерти, тонкую сигариллу, он прикурил от услужливо зажженной другом зажигалки и с наслаждением затянулся…

— Он настоящий аутсайдер!.. — выдохнув ароматный дым, молвил фээсбэшник, оглядываясь вокруг.

— Почему «аутсайдер»? — не понял замысловатой аналогии руководитель экстремистской организации.

— В живописи есть такое направление — аутсайдер-арт…

Асланби знал о страстном увлечении полковника живописью. Известно ему было и о немалой коллекции немного странноватых картин, украшавших роскошную квартиру приятеля.

— Я не слышал об этом направлении, — честно признался он. — Просвети, если не трудно — время у нас есть.

Тот приложился к фужеру, откинулся на спинку удобного стула и с видом величайшего знатока, начал рассказ:

— Мало кому известно истинное толкование понятия «аутсайдер» в искусстве, но определенно оно берет начало с работ знаменитых Ван Гога, Врубеля, Гойи, Чурлениса — людей, мягко говоря, не совсем нормальных с точки зрения остального мира художников. Что представляет собой обычный профессионал в этом виде искусства? Да, он в первую очередь — творец! Но, как бы глубоко он не уходил в свое творчество, где-то далеко в его подсознании все ж свербит мысль о выставках, галереях, деньгах — о делах мирских, одним словом. А вот душевнобольные художники или те, кто находится на опасной грани сумасшествия, творят бессознательно. Просто творят!.. И чем художник безумнее, тем он гениальнее! Вот их-то — людей искусства с патологической психикой и принято называть «аутсайдерами»…

— А причем же здесь наш Баринов? — не мог взять в толк хозяин «Южной ночи». — Он произвел на меня впечатление человека вполне здравомыслящего…

Разламывая остаток сигариллы в пепельнице, Полевой торжествующе улыбнулся:

— Я причисляю его к этому течению, конечно же, условно. Дело в том, что настоящий аутсайдер не должен знать понятий — картина, выставка, музей… И ни в коем случае не должен относить свое творение к произведениям искусства. А то, что он бессознательно делает — безусловно, выплеск безумного гения! Баринов гениально поработал, мало о чем догадываясь, добыв для нас целых двенадцать вагонов «товара». Разве ты не согласен с этим?

— Ну, в пути пока только шесть… — возразил Асланби. — А с остальными утверждениями я, пожалуй, спорить не стану. Аналогия прослеживается…