Затравлено оглядевшись, варгар перестал тащить товарища, и принялся его спешно перевязывать. Правая нога второго варгара отсутствует, срезанная световым копьем.

И с такими ранами он его просто утащить пытался? На открытой, простреливаемой местности он бы и без раненого сбежать не смог, а с такой ношей, так и вовсе без шансов. Но поступок храбрый. Либо раненый чем-то очень ценен. От этого и будем играть.

Я оглядел поле недавней битвы. Пыль начинала понемногу спадать, позволяя оценить картинку. Весьма неприглядную картинку, должен признать. Иная бойня по сравнению с открывшимся видом — пасторальный пейзаж. Изломанные, раздавленные в кровавое месиво тела ликанов и боевых химер, мерзкая вонь огнесмеси, горелой шерсти и плоти. Вот она — победа. Без прикрас она выглядит именно так, и горчит кровью.

И все же, мы сделали это! Никто не ушел!

— Галнос, что небо?

— Небо чистое, ласс капитан! — бодро доложил сержант-наблюдатель.

— Славно! Продолжай наблюдение. Добивайте выживших! Тщательно проверяйте тела ликанов, они любят мертвыми притворяться.

— А как проверять? — заинтересовался «Жаворонок-1».

— Ну что ты как маленький, — попенял ему баннерет копья «Аспид». — Смотри, как это делается. «Краб» «Аспида-1» наступил на ближайшее тело ликана. — Все, теперь точно не оживет.

Поставленные на колени пленники выглядели жалко. Грязные, окровавленные, поникшие. Старший был ранен, культю ноги ему перетянули, но она продолжала кровоточить. Младший — мрачен и угрюм. Попытался напасть на латников, когда те подошли. Видимо, возомнил себя ликаном, способным голыми руками порвать человека.

Ветераны такой подход не оценили. Помня приказ, стрелять или колоть штыками варгара они не стали. Зато хорошенько отметелили прикладами и ногами. Заодно удостоверились, что парочка выживших не являются магами.

А ведь они похожи! Клянусь богами похожи! Родственники? Причем довольно близкие. Думаю, к нам в руки попали отец и сын. Прекрасно, просто прекрасно! Варгары славятся своей любовью к потомству. А что это у нас за вышивка на вороте одежды?

Я ткнул стволом револьвера в голову молодого. А то, стоило ближе подойти, больно у него взгляд стал дерзким. Того и гляди зубами вцепится. Стерев левой рукой с ворота варгара грязь, вновь внимательно разглядываю вышивку.

Виноградная лоза! Теперь понятно, почему остальные прикрывали бегство этой парочки и шамана.

Леди Удача! Хоть ты и продажная девка, но я тебя люблю. Неужели ты вновь решила обратить на меня свое чарующее внимание? Чем я тебе так приглянулся и какова будет цена?

Глава 21

Зов в ночи

У варгаров много странных обычаев. И один из них — обильно украшать свою одежду вышивкой. Но делается это не только ради красоты. Вышивка на одежде варгаров — это словно метрика. По ней любой варгар с первого взгляда поймет, кто перед ним стоит. Какого он рода, положения, кто его предки… и демоны знает что еще. Всех узоров я не знаю, но виноградная лоза — это признак главной ветви клана. Высшая знать, если подобное слово вообще применимо к варгарам. Фольхи!

К нам в руки попали важные птицы. А такие знают куда больше прочих стервятников.

У варгаров в этом плане все, как у людей. Думаю, эта парочка командовала передовым отрядом, а не хвосты лошадям крутила. Скорее всего, самым главным был погибший шаман, а они на подхвате. Тут у варгаров тоже все как у людей — сначала одаренность, потом древность рода. Но лучше, когда одаренность и древность рода идут вместе.

— Бахал! Принеси рунные кандалы, — распорядился я. — У нас тут древняя кровь. Благородная, словно старое вино.

Кажется, именно так варгары называют свою высшую знать.

Еще раз внимательно рассматриваю вышивку на одежде пленников. Для шаманов характерны узоры животных и птиц. Это что-то там связанное с духами покровителями. Но у пленников ничего подобного нет. Только веточки, цветочки, да странные узоры.

Но в таких непростых семьях не имеющие хотя бы крохи дара дети рождаются редко, как и у наших фольхов. А значит, лучше лишний раз не рисковать. Рунные кандалы — отличный способ держать любого одаренного за яйца. Особенно если приставить к этим яйцам ствол револьвера.

Веревки, которым пленникам стянули руки, быстро разрезали. Им на смену пришли браслеты кандалов. Молодой вновь попытался взбрыкнуть, но получил еще один усмиряющий удар прикладом по ребрам и позволил себя сковать.

Так-то лучше. Спокойнее.

Присев на корточки перед старым варгаром, я попытался установить зрительный контакт. Бесполезно. Пленник не обращал внимания. Смотрел сквозь меня, словно я пустое место.

— Сколько вас?

Старый варгар не ответил. Не моргая, все так же флегматично смотрел в одну точку, не отвлекаясь на то, что происходит вокруг. Даже тут он пытается подражать своим альвским хозяевам. Но у альвов в этом хотя бы есть смысл — могут приказать себе умереть. А варгары на подобные фокусы не способны. Разве что самые отчаянные могут себе язык откусить, сталкивался с таким.

Я вздохнул. По-хорошему не получится. Жаль.