Читаем Первый ученик полностью

— Даже не знаю жалеть вас или завидовать, — отличник подошел ближе. — Отец мне на каждый день рождения игру устраивал. Подарки еще предстояло найти по знакам, похожим на эти. Стрелка — это направление поиска, крест — сам клад. По идее, его можно заменить и на квадрат, и на круг, и на сердечко.

— Тогда почему нельзя оставить одну стрелку? — спросил Леха.

— Часто клад ищут две или даже три группы, у каждой свой знак, чтобы они не увлеклись и не нашли чужой.

— Не похоже это на место для детского развлечения, — оглянулся Макс.

— На меня не смотри, — открестился Игрок. — Я впервые слышу об этой эксплуатации детского труда.

— Стрелка указывает на северо-запад, — добавил Артем. — Группа Ильина ушла туда же, но тут две тропы.

— Предлагаешь сменить? — спросил Игрок. — Поискать полкило карамелек и сушек.

— Предлагаю. Ты против? Что-то не так со второй тропой? — уточнил отличник у Лехи, но смотрел он при этом на Макса.

Грош знал, о чем он думает, видел отражение собственных мыслей в глазах Самарского. Они уже нашли один клад, стоимость которого сложно переоценить. И труп пацана — тому лучшее доказательство.

— Нормальная тропа, — пожал плечами Игрок и для наглядности спустился и пару раз подпрыгнул.

Разговаривать, когда дорога все время поднимается в гору — удовольствие на любителя, поэтому они шли в тишине. Из этого второго перехода Макс запомнил только одно — Игроков обернулся. Два раза. Но снова промолчал.

Второй знак нашелся через два километра, дети обычно на такие расстояния не бегают, не похоже на игру. С каменного образования с вольготно раскинутыми по уступам колючими кустами и высокой травой у подножия на парней смотрел все тот же размашистый серый крест. Справа стена расходилась широкой трещиной, а в монотонность коричневого камня вплетались мерцающие темные прожилки — верный признак того, что где-то рядом находятся залежи кристаллов.

— И что дальше? — спросил Макс, разглядывая крест (без каких-либо дополнений).

— По идее, это обозначает, что клад мы нашли, — пояснил Самарский.

Все произошло совершенно беззвучно, как в немом кино. Только что они стояли и разговаривали, а через секунду Игрок упал на колени, зажимая плечо рукой, между пальцами проступила темная кровь. Второй выстрел, выбивший каменную крошку из скалы, вывел Гроша из ступора, и он повалился в траву, прикрывая голову руками. Инстинктивный, но абсолютно бессмысленный жест. Самарский растянулся рядом. Еще одна пуля прошла через рюкзак на его спине. Две чиркнули по кресту над головой Игрокова.

Леха поморщился, разжал пальцы, кровь пропитала ткань, и чуть приподнял голову, едва не схлопотав в нее очередную пулю.

— Это что за горные рейнджеры? — прошептал он, и испуга в его голосе было гораздо больше, чем злости.

— Пойди спроси, — предложил Макс.

Но их опередили.

— Эй, студенты, вылезайте!

Голос раздался с восточной стороны, там, где каменная стена пещеры сходила на нет, окруженная густыми зарослями лебеды. Они прошли мимо этого места несколько минут назад.

— Идеи? — шепотом спросил Артем.

Игрок указал глазами на трещину в скале.

— Давайте-давайте, — раздался второй голос. — Ничего мы вам не сделаем.

«Интересно, — подумал Грош, — они на самом деле думают, что мы поверим и выйдем».

Самарский кивнул и пополз первым. Расщелину частично скрывали кусты и трава, и отличник быстро скрылся в темноте. Грош кивнул Лехе, и тот нырнул следом, оставив на каменном полу смазанный отпечаток ладони, которой зажимал рану.

— Пацаны, мы долго ждать не будем. Гранату швырнем и пойдем на обед.

Грош заработал локтями, переваливаясь через каменный порог. Возможно, он излишне старался, но жгучее чувство направленного в спину оружия заставляло невольно ускорять движения. Наверняка он что-то задел, слишком сильно приподнял голову, или ему не повезло, и стрелок посмотрел на трещину именно в этот момент.

Он почувствовал, как пуля просвистела возле уха, ощутил ее тепло. Почти без паузы — второй выстрел, из каменной стены во все стороны полетела крошка, обжигая ему щеки и лоб. С кустов посыпались сбитые листья. И он не выдержал, вскочил, готовый в любой момент ощутить жгучую боль, и бросился во тьму.

Их увидели, и пещера из укрытия превратилась в западню, в которой их перестреляют как уток. Только если трещина не сквозная, а впереди не будет выхода.

«А он должен быть, — повторял про себя Макс, как можно быстрее пробираясь следом за парнями вглубь расщелины., — Где-то там, за границей видимости, должен быть выход. Темнота чуть развеется от заглядывающего в темное нутро трещины солнца. По-другому и быть не может, вот сейчас…»

Они не преодолели и трехсот метров.

Грош налетел на Игрока, внезапно вставшего посреди дороги и раскинувшего в стороны руки, словно один из пророков на картинке в книге, названия которой он не помнил.

Дыхание Самарского слышалось с другой стороны.

— Запах чувствуете? — спросил Леха.

Макс вдохнул сухой и какой-то терпкий воздух пещеры. Здесь не было ни одного призрака, мало того, здесь не было ни малейшего следа его недавнего присутствия.