Читаем Первые (ЛП) полностью

Им не владело ничего, кроме того, что разум затуманился, и перед глазами всё покраснело от ярости. Когда он услышал рыдания в её голосе, зверь ворвался в его тело. Опасная, кровожадная смесь ревнивой боли, которую Уэс когда-либо чувствовал, остро приправленная яростью и любовью так, что он едва мог смотреть прямо. Не имело значения, что сказала Саванна, Дэниел О'Малли мертвец. Или, по крайней мере, в ближайшее время будет хромать из-за полученных ушибов. Никто не смеет бросать девушку на середине просёлочной дороги, и никто не будет трахаться с Саванной Эванс.

Поездка к озеру Зимние водопады обычно занимала сорок минут и Уэс не знал, как много проехал Дэниел, прежде чем высадил Саванну. После нескольких минут вслепую, Уэс понял, что лучше сбросить скорость, чем промчаться мимо Саванны на самом пике его ярости.

Но, чёрт, он обещал ей десять минут, и десять минут прошли.

Его телефон, лежавший на подлокотнике, начал проигрывать «With A Little Help from My Friends». Рингтон Саванны. Он схватил телефон и с трудом ответил, не отрываясь от опасной дороги.

— Я проехал тебя?

— Тебе нужно сбавить скорость.

Уэс сразу же надавил на тормоз.

— Как ты далеко?

— Ты не пропустил меня, но я знаю, что ты летишь и тебе нужно остановиться.

— Я говорил, что буду там через десять чёртовых минут, и сдержу обещание.

— Мне не будет никакой пользы, если ты окажешься в канаве.

На сей раз она говорила спокойнее, чем когда звонила ему в первый раз. Он хотел, продолжать разговаривать с ней по телефону - считал, что будет лучше, если она будет на связи до тех пор, пока не окажется в поле зрения. Чтобы не сделал этот козел, это сильно зацепило её и ей требовалась пара минут, чтобы немного успокоиться. Но ей не хотелось делать этого, пока он оставался на связи.

— - Я вижу свет фар, — тихо сказала Саванна. - На расстоянии нескольких холмов. Должно быть это ты. Когда я позвонила, ты, наверное, резко затормозил так что шины завизжали?

— Должно быть, — Уэс перенёс ногу на педаль газа и снова начал двигаться, в этот раз медленнее, взглядом осматривая дорогу в поисках девушки. — Огни двигаются?

— Да. Увидимся через минуту.

— Оставайся на линии. Темно, я не хочу проехать мимо тебя.

Саванна издала глубокий вдох.

— Огромное спасибо, Уэс, — прошептала она, её голос надломился. — Я не…

— Не смей благодарить меня.

— Не знаю, что бы я делала без тебя, — продолжила она. Затем закашляла, сдавленный всхлип прорвался в трубку. — Что я буду делать без тебя.

Его сердце зашлось от боли, когда фары осветили худенькую девушку, стоящую на обочине. Её влажные светлые волосы спутались, она держала телефон у уха и ноги у неё дрожали, пока она расхаживала туда-сюда. Даже с расстояния и в темноте он видел её опухшие щеки и усталый взгляд. Уэс увидел, как на её лице отразилось облегчение, усиленное отчаянием, из-за того, что ей вообще пришлось обратиться к нему. Из-за того, что он вынужден быть здесь, по причине того, что её тупой бывший — и лучше бы ему, правда, теперь бывшим — сотворил с ней.

И Уэс знал, что не уедет. Англия слишком далеко, а он никогда не простит себе, если будет слишком далеко, когда она будет нуждаться в нем. И только благодаря этому осознанию, снизошедшему на него быстро, как первое откровение, его грудь не сжалась от ужаса. Если честно, Уэсу с головой хватило тех нескольких раз, когда он навещал свою мать, чтобы осознать насколько ненавистно ему будет навсегда перебраться жить заграницу. Может, он и говорит с акцентом - поначалу Уэс пытался сохранить его из чувства гордости, а позже узнал, как сильно американкам нравится британский акцент - но он стопроцентный янки. Он не верил, что сумеет выжить, если покинет родину, по крайней мере не те его части, которые являлись составляющей его личности.

Уэс сжал пальцами руль, пока пытался припарковаться.

— Просто телефонный звонок, — с опозданием ответил он. Нет смысла открывать ей сейчас свою академическую шизофрению. Она бы запротестовала, особенно, если бы узнала, что тому причина. Конечно, она была основной причиной его отъезда, но он не мог сказать ей этого.

Лучше позволить ей думать, что решение пришло позже.

— Телефонный звонок и океан, — отчаянно сказала она, смотря как он глушит двигатель. — Лучше быть тобой, или меня убьют топором.

Он усмехнулся.

— Тогда лучше убежать. У тебя все еще газовый баллончик под рукой?

— Это не смешно. Как и у любого другого уважающего себя чувака появляющегося на яркой машине.

— Оставь в покое мою «маргаритку», — возразил он, пинком распахиваю дверцу «Жука». С тех пор, как он купил его, его красивый горчичный цвет стал причиной постоянных подколов. — на сегодняшний вечер вот твой «конь», о моя принцесса.