Читаем Перворожденный полностью

Полуэльф схватился за эфес меча, вытащил из ножен узкий клинок и взял его за лезвие; эфес качался в нескольких дюймах от груди Макели. Отступив, мальчик уставился на оружие. Каблуки его заскрипели по снегу, что все еще лежал у ствола дерева на краю поляны.

– Куда это ты собрался? – блестя серыми глазами, издевался Вольторно.

Когда лучники отвлеклись на полуэльфа, Кит-Канан высвободил из-за пояса кинжал. Принц заметил, что позади него, на расстоянии около восьми футов, находится только один человек. Он незаметно толкнул Анайю локтем. Она так же толкнула его, не глядя в его сторону.

Кит-Канан, развернувшись, швырнул в лучника кинжал. Доброе эльфийское железо пронзило кожаную куртку воина. Не издав ни звука, тот упал мертвым. Кит-Канан бросился влево, Анайя вправо. Люди завопили и начали стрелять. Человек слева стрелял в Анайю, другой, напротив, в Кит-Канана, но попали они друг в друга.

Почти половина врагов вышли из строя, застреленные своими же товарищами. Кит-Канан бросился в грязь и перекатился к человеку, которого он убил. При ударе о землю стрела вылетела из арбалета. Кит-Канан вытащил новую стрелу из колчана мертвого и начал натягивать тетиву.

Анайя тоже упала на землю, вытащив одновременно свой кремневый нож. Она оказалась в добрых десяти ярдах от Макели и лучников, заряжавших свое оружие. Макели во время суматохи попытался вырвать у Вольторно меч, но полуэльф отреагировал быстрее. Он мгновенно перехватил меч и направил острие на Макели. Мальчик уклонился, и клинок вонзился в дерево.

– Хватайте их! Убейте их! – вопил Вольторно.

Макели зигзагами бросился за деревья, окружавшие поляну. Вокруг свистели стрелы.

Анайя, зарывшись в сырые листья, пересекла поляну, двигаясь при помощи локтей и ступней. Лучники сосредоточились на Макели, и она, поднявшись, бросилась на спину ближайшему врагу.

Движения ее были не так стремительны, как раньше, но кинжал по-прежнему разил насмерть. Одному из людей, раненному стрелой, удалось подняться и направить ей в спину самострел, но, к счастью, Кит-Канан прикончил врага, прежде чем тот смог выстрелить.

Макели нырнул в чащу. Несколько оставшихся в живых воинов бросились вслед за ним, но Вольторно приказал им вернуться.

Анайя также укрылась под деревьями. Пробежав около десяти ярдов, она бросилась на землю и за несколько секунд зарылась в листья. Люди с топотом промчались мимо нее.

Кит-Канан снова попытался натянуть тетиву. Однако сидя это оказалось нелегко, самострел был слишком тугим. Прежде, чем он успел накинуть тетиву на крючок, перед ним возник Вольторно и приставил к его груди тридцатидюймовый эрготский клинок.

– Положи самострел, – приказал Вольторно.

Кит-Канан медлил, и враг пощекотал его подбородок острием меча. На самострел закапала кровь.

– Твои друзья сбежали и бросили тебя, – с презрением заметил Вольторно.

– Отлично, – ответил Кит-Канан. – По крайней мере, они в безопасности.

– Может, и так. Но ты, друг мой, далеко не в безопасности.

Восемь оставшихся в живых людей столпились вокруг них. Вольторно кивнул им, и они пинками и толчками приволокли Кит-Канана к его ногам, а затем оттащили пленника к дальнему краю поляны, с той стороны, откуда они появились и где еще лежали их вещи. Вольторно достал кандалы и сковал Кит-Канана по рукам и ногам.

Анайя, прокапывая себе дорогу в листьях, уползла от поляны, словно змея. Когда-то она могла проделать это так, что ни один листок на земле не шевелился. Теперь ей казалось, что она движется, как толпа людей. К счастью, Вольторно и его воины были слишком заняты на другом краю поляны.

Удалившись на достаточное расстояние, она разворошила руками листья и выползла наружу. Земля была сырой и холодной, и Анайю пробрала дрожь.

Она хотела сразу же вернуться, чтобы освободить Кит-Канана, но понимала, что ей не удастся во второй раз обвести людей вокруг пальца. По крайней мере, в одиночку. Она должна дождаться темноты.

За спиной у нее, справа, хрустнула ветка. Анайя отшвырнула с ног листья и обернулась на звук. В пяти ярдах от нее из-за дерева выглядывал Макели.

– Ты шумишь, – критически заметила она.

– А ты оглохла. Я наступил на четыре ветки, прежде чем ты меня услышала, – холодно заметил мальчик.

На полпути они встретились. Враждебность исчезла, и они обнялись.

– Никогда не видела, чтобы ты так бегал, – призналась Анайя.

– Я и сам на себя удивляюсь, – согласился мальчик. – У взрослых и правда есть много преимуществ. – Он с неловкостью посмотрел на сестру и искренне добавил: – Я сожалею о том, что наговорил тебе.

– Ты сказал лишь то, о чем я думала тысячу раз, – созналась женщина. – А теперь нам нужно позаботиться о Ките. Ночью мы можем напасть на людей и отбить его.

Макели, взяв ее за плечи, усадил на землю и сам опустился рядом.

– Тс-с! Не так громко, Най. Нам все это нужно хорошенько обдумать. Год назад мы бы смогли незаметно подобраться и освободить Кита, но теперь мы стали слишком медлительны и шумны. Нужно что-то придумать.

Анайя нахмурилась.

– Мне не нужно долго думать, чтобы прикончить этого Вольторно, – настаивала она.