Читаем Первое разоблачение полностью

В глазах Блэквела мелькнула настороженность, но он покорно упал в кресло. Затем бросил на противницу бесстрастный взгляд, словно сомневаясь в ее способностях:

– Я видел твои фильмы, принцесса. Ты не настолько хорошая актриса.

Теперь он превратился в того Кейда Блэквела, которого она помнила. Наглец до мозга костей.

Когда-то она считала это очаровательным. Сейчас же это ее просто бесило. Пусть Эйвери не знала, как обращаться с мистером Темным и Опасным, но могла укротить мистера Нахала.

– Держись крепче, Блэквел.

Кейд взглянул вверх и сузил глаза. Но не успел он спросить, что она имеет в виду, как Эйвери уселась верхом ему на колени, провела пальцами по линии подбородка и подтянула его лицо к своему собственному.

В глазах сыщика заплескался жар, а тело под ее бедрами напряглось.

– Эйвери...

Внутри забилось ощущение победы. Эйвери поймала его врасплох. Великолепно.

Наклонив голову, она прижалась губами ко рту Блэквела, обрывая его слова. Тепло согрело ее собственный рот и угрожало отвлечь, но подстрекательница вновь сконцентрировалась на своей цели и приблизилась вплотную, так что тела ее и жертвы соприкоснулись. Дыхание Кейда прервалось, и Эйвери почувствовала, как его рикошетом ударило удивление, поэтому повторила действие, на этот раз прижавшись к его груди своей, полуобнаженной.

Руки Блэквела опустились на талию Эйвери, но больше не двигались. Мужской аромат заполнил воздух вокруг, вызывая головокружение, но она вновь поцеловала напарника и напомнила себе, что просто доказывает собственную точку зрения. Затем немного подождала, пока Кейд приоткроет рот.

Не очень хорошая актриса? Чушь. Она заставит его проглотить эти слова.

Эйвери по-другому склонила голову. Провела по его губам своими. Кейд впился пальцами в ее бедра сквозь корсет. Оперативник боролся. Боролся с ней. Пришло время сыграть грязно.

Эйвери опустилась всем весом к нему на колени и придавила его бедра своими. Затем скользнула языком вдоль губ Блэквела, побуждая их раскрыться.

Он судорожно вздохнул. А соблазнительница воспользовалась возможностью и проникла глубже в его рот, лизнула язык, искушая Кейда так, как он некогда искушал ее. Давным-давно. Целую жизнь назад. Когда она была юной и невинной, а он – сексуально озабоченным подростком, который пытался залезть к ней в трусики на заднем сидении своей хонды.

Из его груди вырвался долгий стон. Руки сомкнулись на теле искусительницы. А затем все его протесты превратились в пыль у ее ног.

Кейд выпрямился и жестко ответил на поцелуй. На Эйвери изливались его жар, нужда, страсть.

Она чувствовала их в прикосновениях гладкого языка, танцующего с ее собственным, испытывала в движении пальцев вдоль своего позвоночника. И по тому, как его член стремительно рос под бедрами, понимала, что он ее хочет.

За свою карьеру Эйвери перецеловала множество актеров в горячих экранных любовных сценах, но ни один из них не реагировал так быстро и неистово, как сейчас Кейд. И в данный момент понимание этого сбивало ее с толку. Эйвери хотела списать все на ситуацию, на место, куда они направлялись, и на их общее прошлое. Но горькая правда болью отдавалась на задворках мозга.

Настоящая причина крылась в том, что она сама никогда не вживалась в роль настолько, как сейчас. И никогда не хотела тех актеров так, как Кейда сию секунду.

Страх заставил ее отпрянуть. Она спрыгнула с его колен, покачнулась на глупых каблуках, но удержалась и не упала. И хотя все ее внутренности скрутились в тугой узел, Эйвери использовала все защитные приемы, наработанные с годами, и напустила на себя невозмутимый вид. В конце концов, кто может притвориться так, как актриса?

– Назовем это уроком номер один, Блэквел.

Кейд застыл, вцепившись в подлокотники, подавшись вслед за искусительницей. Подарив ему сладчайшую экранную улыбку, Эйвери села обратно в свое кресло и вновь взялась за журнал. Она не смотрела на соседа, но краем глаза видела, как поднимается и опадает его грудь от быстрого дыхания.

Актриса попыталась сосредоточиться на чтении, но слова сливались, и перед глазами стоял лишь смотрящий на нее Кейд. Лицо пышет страстью, губы распухли после ее штурма и огромная выпуклость под ширинкой джинсов – от прикосновения к ней Эйвери пронзила дрожь.

«Соберись, Эйвери. – Она моргнула несколько раз. Перевернула страницу. – Это не отличается от любой другой роли».

Прошло несколько напряженных секунд. Затем Кейд усмехнулся и, расслабившись, опустился в кресло.

– Ладно, принцесса. Ты выиграла. Устроишь такое в «Капризе», и любой решит, будто ты достаточно горяча, чтобы затрахать меня до смерти.

Чувство неловкости угнездилось внизу живота. В голове звенели воспоминания о сделанном.

Уже в восемнадцать лет Кейд Блэквел был великолепным любовником. Похоже, в тридцать он мог перевернуть ее мир – конечно, если Эйвери позволит. И осознание этого напугало ее до смерти, даже больше, чем то, что она могла найти в «Капризе».

Изображая безразличие, Эйвери перевернула страницу:

– Хорошо, что я такая хорошая актриса. Никто не узнает, что я скорее отрежу тебе член, чем оттрахаю.