Эвилин суёт мне её в руки, и теперь я вижу, что это даже больше дневник. Старый, с пожелтевшими страницами и в чёрном переплёте, он был достаточно объёмным и тяжёлым.

— Этот дневник принадлежит Ромулу Риду, бывшему альфе. Смотри, будь осторожна. Не затопи слезами, — ехидно кидает на ходу девушка и быстро скрывается в лесу.

А я в нетерпении начинаю листать шуршащие страницы. "1856 год. Первый укушенный…Кристиан Блейз. Высокий, худощавого телосложения…". Дальше шли события, описывающие само нападение. Информация о жизни мужчины. Рост, вес, возраст. А то, что я увидела после, заставило оцепенеть.

Широко раскрытыми глазами я вчитывалась в строчки: "Превращение занимает пятнадцать минут и тридцать шесть секунд. Тело обросло шерстью не полностью…разорвана кожа…тело в неестественной позе…кости раздроблены…из всего тела хлещет кровь…вытекли глаза… конец обращения: Кристиан Блейз мёртв.

Сердце, кажется, остановилось от прочитанного. Сглатывая ком в горле, я трясущимися руками, не с первого раза, но перелистываю страницу. Перед глазами всё размывается, но от выхваченных обрывков, я ещё и начинаю задыхаться.

"1949 год. Вайолет Китс…вывернутая шея… умирает ещё на первых минутах обращения…1978 год… мужчина…истекает кровью полностью обращённый…2001 год. Рикардо Мун… открытые переломы…сформировавшаяся челюсть без языка…мёртв…мёртв…мёртв…"

— Боже…боже… — шепчу, уже не в силах что-либо рассмотреть. В голове обрывки предложений. Они крутятся и крутятся, выворачивая меня почти наизнанку.

Вздрагиваю от какого-то резкого движения. И сразу оседаю, прислонившись к дереву. Ничего не слышу, в ушах пронзительный звон. Только сквозь мутную пелену в глазах, вижу, как Рид откидывает этот дневник в сторону. Ходит из стороны в сторону и что-то орёт. Тело онемевшее, и, кажется, сейчас я даже не в силах пошевелить пальцем.

Я умру? Как те мужчины и женщины в записях?

Чувствую прикосновение к щекам и еле разлепляю зажмуренные глаза. Нэйт стоит возле меня на коленях и обхватив за щёки, что-то говорит. Мотаю головой не в силах понять его. Но обжигающая боль в левой щеке, будто впустила воздух. Резко расширяю глаза и лихорадочно дыша, смотрю в глаза напротив.

— …Слышишь меня?!.. Селена!.. Зачем поехала?!…Кто это был?

— Нэйт, я… умру? — игнорирую его вопросы, и задаю самый важный на данный момент. Задыхаюсь, а из глаз брызгает поток из слёз. Не может быть!.. Этого не может быть!

Он быстро приближается и упирается в мой лоб. Так же шумно дышит и молчит какое-то время. Опаляет жарким дыханием, находится так близко. И это… действует по-особенному. Его близость возвращает меня в реальность, давая почувствовать и холодную землю под собой и то, что всё лицо мокрое от слёз. Они уже не льются так усердно, а медленно скатываются по щекам. Нэйт опускает руку мне на поясницу и прижав к себе еще ближе, тихо говорит:

— Неугомонная…я ведь хотел сам всё рассказать, — второй рукой проводит по волосам и отстранившись, вытирает слёзы с моих дрожащих губ. — Чш-ш, только снова не плачь… Всё будет хорошо, слышишь?

Я медленно киваю и поднимаю взгляд. В его глазах нет привычной злости, насмешки и раздражения. Из-под нахмуренных бровей, он смотрит… с теплотой? Это точно Нэйт?

Глава 13

Нэйт резко отстранившись и убрав от меня руки, садится рядом. Он будто внезапно понял, что обнимает Брукс, которую не переносит. Будто опомнившись, осень пришла на смену воцарившемуся на миг лету. Но я не успела прочувствовать угловатости этого момента, так как всё ещё, казалось, находилась в другой вселенной. Не утешающая реальность, давила невидимым прессом на виски и всё больше заполняла лёгкие горечью.

Медленно вытираю слёзы и ещё раз всхлипнув, шепчу:

— Горькие конфеты… очень.

— Что? — вырвавшись из своих раздумий, тихо спрашивает Нэйт.

— Меня ждёт то же самое, что и их? — задаю свой вопрос, повернув голову в его сторону. — В том дневнике…там все, кто был укушен волками из вашей стаи…Они все погибли.

Нахмурившись, он мотает головой и тяжело вздыхает. И даже я сейчас понимаю, что его "всё будет хорошо", были сказаны лишь для того, чтобы меня успокоить. Все его движения и то, что он не смотрит мне в глаза, говорят о том, что я… обречена.

— Нет…да…чёрт! — выругавшись, быстро встаёт на ноги и запрокинув голову, выдыхает облако пара в темноту вечера.

— Так было не всегда, — пройдя из стороны в сторону несколько раз, он остановился и впился в меня серьёзным взглядом. — Говорят, раньше люди редко погибали от укуса оборотня, и ещё реже в первое своё полнолуние. Для нас это всё кажется уже какими-то сказками, потому что на нашей памяти, люди крайне редко выживали, — выдохнув, он более резко добавляет. — Люди и волки несовместимы. Никак. Понимаешь?

Нахмурившись, я проматываю его слова. Мгновение и сердце пронзает молнией надежды. Широко раскрыв глаза и быстро убрав ладонями остаточную влагу с лица, я спрашиваю:

— Скажи…что значит редко? Это значит, что не всегда всё заканчивается смертью?!