Он кивнул и поднял большие пальцы вверх. Зеноби сосредоточилась на его губах насколько могла, поворачиваясь так, чтобы оказаться более или менее параллельной ему. Менбер кивнул, но она не могла сказать, действительно ли он её понял. Она повысила голос, выкрикивая каждое слово с предупредительной интонацией и указывая назад на люк.

— Пожар! Вытащите! Меня! От! Сюда!

Появились ещё несколько солдат, они повернули лазганы прикладами вниз. Они начали бить по бронестеклу, но единственным заметным результатом стал оглушительный шум внутри.

— Прекратите, прекратите! — Зеноби замахала руками, а затем зажала уши. Менбер заметил и показал остальным отступить.

Глаза Зеноби слезились, и дышать стало труднее, поскольку дым продолжал наполнять купол. Она повернулась и посмотрела в сторону лесенки. Огонь по-прежнему горел в открытой переборке. Пламя было небольшим, но с очень едким дым, смесью горящей смазки и расплавленного пластека. Осмотр турели не выявил ничего, что могло бы потушить пламя.

Дым был куда опаснее жара от огня. Зеноби почти не могла держать глаза открытыми, постоянно моргая, пока слёзы текли по испачканному лицу. Каждый вдох был похож на вдыхание бритвенных лезвий.

Именно тогда возникла идея. Зеноби снова посмотрела на купол и показала, что Менбер и остальные должны отойти. Почти слепая она упорно наощупь работала пальцами. Каждые несколько секунд её сотрясал кашель, заставляя сгибаться пополам. В конце концов она расшнуровала ботинки и сунула их под педали управления. Головокружение заставило её замереть на несколько неровных ударов сердца. Она хотела вдохнуть воздух, но понимала, что от этого станет только хуже.

Затем она неловко начала стягивать комбинезон. Сначала удалось высвободить одну руку, потом вторую. Внезапный треск и зелёная вспышка у входа не двусмысленно указывали на то, что огонь добрался до какого–то нового источника топлива. Дым становился всё темнее, оставляя на металле чёрную полосу. Она переместилась на прорезиненное сиденье, почти легла, пытаясь стянуть тяжёлую униформу с ног. Сложив грубый прямоугольник, так, чтобы рукава и штанины оставались снаружи, она отложила его в сторону и натянула ботинки, не переставая нервничать из–за возможного удара током.

Она двигалась по лестнице, пригнувшись и стараясь ни к чему не прикасаться. Кудрявые волосы встали дыбом от статического электричества, и удушливый дым застрял в горле. Держа сложенный комбинезон перед собой, словно щит, она рванулась вперёд, запихивая его в открытый кабельный отсек.

Толстые складки материала встали почти идеально, перекрыв воздух. Она осторожно отодвинула импровизированную заглушку, чтобы посмотреть, не осталось ли там огня. Искра от разорванного провода заставила её вздрогнуть, но, насколько она могла судить, пламя погасло. Зеноби на всякий случай снова затолкала униформу внутрь, надеясь, что та не загорится от случайного разряда. Она начала пинать крышку, которая заблокировала входной люк.

— Ты меня слышишь?

Внизу были голоса и движение. В небольшом зазоре между изломанным листом и полом появилось лицо лейтенанта Окойе.

— Мы тут из лазерных ячеек соорудили что–то вроде резака. Отступи.

— А как насчёт мелты? — спросила она.

— Слишком мощная, может пробить турель насквозь и спровоцировать взрыв.

Она повиновалась и вернулась в купол. К симфонии скрипа, грохота и других звуков в сошедшем с рельсов вагоне присоединилось шипение, и она увидела красное свечение, которое появилось на одном из углов застрявшей металлической пластины.

Удары возобновились, сгибая металл в раскалившемся месте. Руки в перчатках ухватились за разорванный край, скручивая и подтягивая. Зеноби снова чуть не отключилась, стараясь дышать как можно реже — огонь не производил больше дыма, но вентиляция была недостаточной, чтобы вывести накопившиеся газы.

Лист отогнулся. Почти потеряв сознание, Зеноби бросилась к нему и врезалась плечом в металл. Углы заскрипели, но лист поддался, в результате чего Зеноби и несколько солдат упали в главном проходе. С её губ сорвался крик, рождённый чем–то, о существовании чего она и не подозревала, и тут же последовал глубокий глоток едкого, но свободного от дыма воздуха.

Она лежала, закрыв глаза, грудь вздымалась в течение нескольких секунд, жар расплавленного лазерным резаком металла согревал её ноги.

Именно это напомнило ей, что она была только в нижнем белье. Медленно открыв глаза, она увидела, что пятеро солдат и лейтенант Окойе смотрят на неё со смешанным чувством веселья и удивления. Среди них был и Кеттай.

— Мне нужно выпить, — прохрипела она.

— У меня тут немного воды, — сказал один из спасателей, вытащив из–за пояса флягу.

Кеттай встретился с ней взглядом, когда она глотнула тепловатой воды, и улыбнулся одними губами.

— Давай вытащим тебя наружу, — сказал он, обняв её за плечи, а другой рукой потянувшись к фляжке в кармане.

ВОСЕМНАДЦАТЬ

Абаддон присоединяется к атаке

Среди масс

Вопрос веры