Читаем Перри Родан полностью

Родан предполагал это. Любое более слабое воздействие агрегаты корабля были бы в состоянии нейтрализовать.

— Более точная локация! — потребовал он от Булли.

С яростным удовлетворением он убедился, что при полной тяге он сможет удержать корабль на месте.

Булль лихорадочно делал расчеты. Он поспешно доложил:

— Исходный пункт поля: 29 градусов 18 минут на север, 15 градусов 48 минут на восток.

Родан повернулся на своем сиденье. Он посмотрел на Тору и крикнул:

— Огонь!

Тора нажатием на выключатель выпустила целую очередь гравитационных ракет, которые уже в тот же момент показались на экране индикатора цели.

Гравитационные ракеты в момент зажигания вызывали гравитационную вибрацию, которая, в зависимости от прочности цели, наносила ей сильные повреждения или полностью уничтожала ее. Ввиду пятимерного характера гравитационной энергии защитные экраны, которые могли бы отразить действие таких бомб, были невероятно сложны. Тора надеялась, что у противника, если он вообще мог существовать, не было экранов. На индикаторе цели шли к северу крошечные точки ракетной очереди. Теперь, когда цель была обнаружена и был дан первый выстрел, Родан установил двигатель на минимальную тягу. Несколько секунд спустя было обнаружено местонахождение гравитационного поля. На том месте, которое рассчитал Булль, на краю экрана зонда появилась маленькая светящаяся точка.

— Металл! — заявил Булли.

Тем временем ракеты Торы мчались дальше. Они уверенно приближались к заданной цели.

Родан еще снизил подачу энергии к двигателю; корабль снова вошел в гравитационный поток и увеличил скорость.

Булль сосредоточил свое внимание на экране зонда, Родан в течение минуты многократно проверял приборы скорости. Тора первой с помощью изображения на экране индикатора цели увидела удивительные вещи, происходящие с ее ракетами.

Все снаряды — в общей сложности шесть снарядов, движущихся до сих пор по параллельным траекториям и на небольшом расстоянии друг от друга к северу — вдруг резко повернули на восток, набрали скорость и через несколько секунд исчезли, выхваченные враждебным воздействием из зоны видимости зонда, за краями индикатора цели.

Тора словно остолбенела от страха. Это продолжалось до тех пор, пока она не повернулась и не издала первый настолько негромкий крик ужаса, что Родан подоспел слишком поздно, чтобы увидеть, что случилось с ракетами.

Тора сбивчиво рассказала об этом. Родан поспешил к сиденью пилота, запустил двигатели на полную мощность и снова привел корабль в состояние покоя меж двух противоборствующих сил.

В его голове проносились мысли, складывающиеся в смутную картину: ДЛ-ы!

Это была не более, чем догадка, но из всего, что можно было предположить, она казалась наиболее правдоподобной. ДЛ-ы имели на Луне не обнаруженную пока базу — почему им не могла придти в голову мысль о создании запасной базы на Венере?

Единственным противоречием, которого Родан не мог объяснить, был тот факт, что, собственно говоря, на «Добрую надежду» не было совершено нападения. Тяговый поток — направленное гравитационное поле — был относительно слабой силой в сравнении с тем, что противник мог сделать с кораблем, который, так сказать, одним движением руки отражал шесть гравитационных ракет.

Но Родан не дал вывести себя из равновесия. Он делал то, что считал наиболее разумным: он медленно отводил «Добрую надежду», которая изо всех сил своих агрегатов боролась с тяговым потоком, вниз. С момента на момент он ожидал более мощной, более опасной атаки неизвестного противника, но ничего не происходило. Родан попытался представить себе менталитет существа, который явно хотел заполучить вражеский корабль, но ничего не предпринимал, когда корабль определенно уходил из-под его воздействия.

Поток унес «Добрую надежду» до сорокового градуса северной широты. Линия побережья арктического континента, тянувшегося примерно на уровне тридцать восьмого градуса широты, была пройдена.

Родан положил конец дискуссии.

— Мы садимся! — оповестил он. — Надеюсь, таким образом мы освободимся из-под чужого влияния. Может быть, нам будет легче выйти на рубеж атаки врага внизу. У нас нет другого выбора. Противник сильнее нас — по крайней мере, по количеству энергии, имеющейся в его распоряжении, но надеюсь, что не в отношении прогресса его техники. Предположим, что она равна по уровню нашей, тогда противник не сможет обнаружить нас, как только мы осуществим посадку. Очевидно, что на арктическом континенте есть достаточно возможностей, чтобы спрятать такой корабль, как наш. Пока мы движемся в джунглях или на небольшой высоте над джунглями, мы остаемся невидимыми. Но поскольку мы не можем позволить себе совсем не обращать внимания на неизвестного противника в зоне наших действий, нам не остается иного пути, как пробираться сквозь джунгли.