Читаем Перпендикулярный мир полностью

В перерыве Романчикова окружили. Жали руки, наперебой сообщали о новых случаях наблюдения НЛО, высказывались за срочную реализацию его методики. «Эх, нет Леонарда, он бы порадовался», — подумал Геннадий Николаевич, сожалея, что не может разделить триумф с другом.

Заметив фигуру у обочины, Романчиков мягко нажал на тормоз.

— Ну, куда вам? — распахнул он дверцу.

Незнакомец был маленького роста, смотрел испуганно.

— Простите, нужна помощь нам. Если не затруднит порядком.

— Застряли, что ли?

Человек махнул в сторону леса, вплотную вставшего у шоссе.

— Ага, застряли, — повторил Геннадий Николаевич, с неудовольствием озирая заросшую колею. — Мне тут и не проехать.

— Авто не нужно, — поспешно сказал человек. — Помощь иная.

Они спустились с асфальта и зашагали по траве.

— Куда, однако, мы идем? — спросил Романчиков через минуту.

Человечек молчал. Геннадию Николаевичу становилось не по себе. Они прошли еще немного, после чего Романчиков остановился.

— Дальше не сдвинусь, пока не потрудитесь объясниться.

Человечек умоляюще сложил руки:

— Еще несколько шагов, Геннадий Николаевич.

Романчиков вздрогнул.

— Вы знаете мое имя?

Маленький растерялся. Потом прошептал:

— Испрашиваю милости, кто же не знает ученых, кои летательными тарелками, равно как и прочими чудесами увлечены.

— М-да, все это подозрительно, — Романчиков снова замедлил шаг.

— Пришли уже мы. — Человечек раздвинул ветки и шагнул на поляну. Там на желтой траве сидели двое.

— Добро пожаловать, любезный Геннадий Николаевич, — сказал, поднимаясь, один, постарше. Второй тоже встал, приветливо пискнув.

— Что все это значит? — хмуро кивнув, спросил Романчиков.

— Вам объясним сей же час, — ответил тот, что постарше.

— У вас преимущество, — сказал Романчиков, опускаясь на ближайший пень, — вы меня знаете, а я вас…

— Представимся незамедлительно вам, — сказал незнакомец постарше. — Вот Петр Петрович, сопроводивший вас, это… — Он секунду помешкал. — Это Сидор Сидорович. — Упомянутые вежливо потупились. — Меня же называйте Иваном Ивановичем вы.

— Очень мило, — криво улыбнулся Романчиков. — Так что вы от меня-то хотели?

— Речение пойдет об успешной научной тропе вашей.

— Это еще с какой стати? — грубовато спросил Романчиков.

— Недавно выступали в Калуге на одном научном съезде вы…

— Уже и это знаете. Однако…

— Служба, — пропел Иван Иванович. — Так по поводу выступления вашего, столь яркого. Нас оно тоже взволновало. И напугало.

— Вам-то что до моего выступления?

— Ведь да неправильно все это, дорого ценимый Николаевич Геннадий! — Иван Иванович даже зарумянился слегка. Оба его компаньона согласно закивали. — Тарелок-то летучих с пришельцами, их ведь нет. А вы своими блестящими, но ложными умозаключениями общественность научную заблудили.

— Пришельцев нет? Да вы-то откуда знаете? — Романчиков повысил голос. Напротив, в кустах отбрасывала лучик света забытая кем-то бутылка. Геннадий Николаевич в раздражении заерзал.

— Мы знаем из самих основ, — туманно сказал Иван Иванович, — потому и дерзнули встретиться с вами. Эта ваша методика, встревожила она нас. Не дай бог, люди начнут открывать то, чего нет.

— Вот что, — Романчиков демонстративно поглядел на часы, — или вы ясно изложите, чего от меня добиваетесь, или…

— Позвольте вопрос, — подал голос Петр Петрович. — Если мы вам докажем, что никаких блюдец летательных нет в природе, обещаете вы оставить о них хлопоты и заняться своим прямым делом — геологией да палеоботаникой, по которым вы, я мыслю, скучаете?

— Вы можете это доказать?

— Аргументы все в распоряжении нашем, — сказал Иван Иванович.

В этот момент Геннадий Николаевич увидел в руках у Сидора Сидоровича газету со знакомой картинкой. Это было фото Баальбекской террасы. Скосив глаза, Романчиков прочитал заголовок: «КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К ПРИШЕЛЬЦАМ? Беседа с кандидатом геолого-минералогических наук Г. Н. Романчиковым». Это была пензенская «Заря». Неделю назад Геннадий Николаевич дал интервью тамошним журналистам. О том, что материал уже вышел, он не знал.

Геннадий Николаевич поднял глаза и изумленно оглядел собеседников.

— Вы что, досье на меня завели? Да кто вы такие?

Сидор Сидорович потупился. Петр Петрович счел за благо отвернуться. Слово взял Иван Иванович.

— Кто мы в данном не важно случае, — сказал он, прижав ладошку к груди. — Иное важно — предостеречь вас от досадных ошибок и пагубных склонений. Все аргументы налицо, повторяю. Вы не сможете не оценить сокрушительной силы таковых.