Читаем Перевороты полностью

«Гуам» уже приближался к Гренаде, когда капитан Ири получил второе сообщение, на этот раз с распоряжением отправить вертолет на остров Антигуа и забрать пятерых человек, которым приказано присоединиться к оперативной группе. Капитан Ири предположил, что это будет пятерка дипломатов из Госдепартамента, однако люди, шагнувшие на борт «Гуама» в десять часов тем же вечером, были одеты в военную форму. И они рассказали совершенно неожиданные новости.

Президент Рейган, доложили эти координаторы, приказал морской пехоте вторгнуться на Гренаду и свергнуть ее правительство. Во главе атаки должны стоять силы «Гуама». Руководить операцией будет вице-адмирал Джозеф Меткаф, командущий Вторым флотом. Он приказывает начать высадку до рассвета во вторник.

В субботу вновь прошло собрание Комитета по чрезвычайным обстоятельствам. Президент Рейган, участвовавший в собрании по телефонной связи из Огасты, кратко одобрил вторжение. В семь вечера воскресенья, после катастрофического взрыва в Ливане и долгих совещаний в Белом доме, президент подписал более подробный «чистовик» директивы. Рядом с подписью он оставил лишь одно слово: «Вперед».

Позже тем же вечером генерал Джон Весси, председатель комитета начальников штабов, посвятил Рейгана и других старших офицеров в детали плана по вторжению. Затем он вернулся в Пентагон и отправил командирам на борту «Гуама» последние приказы. Их задание, под кодовым названием «Операция „Вспышка ярости“», заключалось в следующем: «защитить и вывезти американских, а также определенных иностранных граждан из Гренады, нейтрализовать гренадские силы, стабилизировать ситуацию в стране и… помочь восстановить демократическое правительство на острове».

Пока «Гуам» и его оперативное соединение направлялись к Гренаде, американские дипломаты искали способ выставить вторжение в законном свете. Они не могли работать с основной региональной организацией, Карибским сообществом, так как несколько стран-членов поддерживали идею мирного решения кризиса. Вместо этого американцы обратились к более слабой группе, Организации Восточно-Карибских государств. Она собралась в Барбадосе вечером пятницы и, под руководством двух американских дипломатов, тайно приняла столь необходимое Штатам обращение по поводу интервенции.

Подобное обращение с точки зрения закона было неоднозначным: политика организации требовала от голосующих единодушия в таких решениях, а представители Гренады на собрании отсутствовали. Впрочем, американцы получили ценное оправдание своим действиям.

Как только чиновники из Госдепартамента узнали о готовности восточнокарибских премьер-министров запросить об интервенции, они составили письмо для подписи. В нем премьер-министры должны были обратиться к Штатам с призывом «принять меры для коллективной обороны, а также сохранения мира и безопасности перед лицом внешней агрессии». Премьер-министры, как было договорено, подписали письмо днем воскресенья. Госдепартамент подготовил еще одно похожее письмо для генерал-губернатора Гренады сэра Пола Скуна, который являлся официальным представителем королевы Елизаветы Второй и единственным общепризнанным обладателем власти на острове.

Оба письма должны были подкрепить законность вторжения, однако как раз законность администрацию Штатов волновала в меньшей степени. Каждое заявление Белого дома подчеркивало сложность положения американских студентов. А вот сами студенты отказывались играть роль измученных заложников. По результатам опроса, который провел их декан, девяносто процентов высказались, что не желают покидать Гренаду. Несколько студентов, кто дозвонился домой или пообщался с новостными организациями, сообщили, что чувствуют себя в полной безопасности. Старшие офицеры гренадской армии, в том числе генерал Остин собственной персоной, посетили студгородок в Тру-Блу под Сент-Джорджесом и заверили, что это место находится под охраной.

Если бы Штаты действительно волновала безопасность студентов, эвакуации было бы достаточно. Морская пехота за считаные часы вывезла бы с острова всех американцев. Однако главной целью операции «Вспышка ярости» было отнюдь не спасение своих граждан. Истинной целью, по словам майора Марка Эдкина, британского офицера, дислоцировавшегося в то время в Барбадосе, было «страстное желание президента и его советников улучшить престиж США, особенно в самой стране и среди вооруженных сил, где после Вьетнама крайне понизился боевой дух».

«В связи с казнью Бишопа США получили возможность резко действовать в Карибском бассейне… Штаты нуждались в успехе, в предмете для гордости… Несмотря на многочисленные заявления, что „Вспышку ярости“ начинают ради безопасности граждан США, это был лишь один из предлогов, чтобы воспользоваться невиданным шансом остановить распространение коммунизма у своих границ…»

Решение вторгнуться в Гренаду было принято ради того, чтобы не упустить мимолетную стратегическую возможность, которая к тому же – так как победа казалась неизбежной – поднимет боевой дух США.