— Барленнан, если ты узнаешь все, что захочешь, и примешься обучать свой народ, скажешь ли ты им, откуда пришли эти знания? Считаешь ли ты, что им будет полезно узнать об этом?

— Некоторым — да; они захотят узнать о других мирах и о народе, который уже прошел тот путь к знанию, какой только что начали они. Остальным же — нет; у нас слишком много таких, кто любит перекладывать свой груз на чужие спины. Если они узнают, они не станут учиться; они просто будут спрашивать, что им взбредет в голову, — как это делал вначале я сам; и они никогда не поверят, что есть вещи, которые пока объяснить невозможно. Они будут думать, что вы их обманываете. Конечно, рано или поздно об источнике знаний узнают и эти, и тогда… В общем, по-моему, лучше будет, если они решат, будто я гений. Или Дон; в него еще легче поверить.

Ответ Ростена был краток и точен.

— Сделка заключена.

Глава 20.

Полет «Бри»

Сверкающий металлический скелет возвышался на восемь футов над плоским курганом из камней и грунта. Одни месклиниты деловито атаковали новый ряд пластин, верхние болты которых только что очистили от насыпи. Другие оттаскивали разрытую землю и камешки к подножию кургана. Третьи сновали взад и вперед по хорошо утоптанной дороге, ведущей в пустыню; те, что двигались к яме, волокли плоские тележки на колесиках, нагруженные припасами, а те, что двигались обратно, тащили порожние тележки. Здесь царила деловая суета; в сущности, у каждого был свой участок работы. Теперь тут работали два радиоаппарата; один на кургане, где землянин с далекого наблюдательного пункта руководил разборкой, а другой на некотором расстоянии в стороне.

Дондрагмер перед этим вторым аппаратом вел оживленный разговор с далеким невидимым собеседником. Солнце продолжало совершать бесконечные круги по небу, но оно уже постепенно спускалось к горизонту и медленно, очень медленно увеличивалось в размерах.

— Боюсь, что с опытами по преломлению света у нас все сложилось неудачно, — говорил помощник. — Отражение я понял хорошо: зеркала, которые я изготовил из металлических пластин, помогли мне во всем разобраться. Очень жаль, что устройство, с которого вы разрешили нам снять линзы, упало и разбилось; ведь у нас нет ничего похожего на стекло…

— Подойдет любой достаточно крупный осколок линзы, Дон, — отвечал аппарат. Это не был голос Лэкленда. Лэкленд оказался талантливым преподавателем, но время от времени уступал место у микрофона специалисту. — Любой осколок преломляет свет и даже дает изображение… Впрочем, об этом позже. Постарайся найти, что осталось от этого кусочка стекла, Дон.

Дондрагмер сказал, что сейчас этим займется, и повернулся было, чтобы уйти, но остановился.

— Может быть, ты мне скажешь, из чего делается это самое «стекло» и много ли для него требуется тепла? Ты же знаешь, у нас есть очень хороший огонь. Да, и еще этот материал, которым накрыта Чаша, — кажется, Чарлз называет его льдом. Он подойдет?

— Про огонь ваш я знаю, хотя будь я проклят, если понимаю, каким образом у вас горят растения в водородной атмосфере, даже если вы прибавляете туда кусочки мяса. Что же до остального, то лед, конечно, подойдет, если ты сумеешь его достать. Я не знаю состава песка в вашей реке, но ты попробуй расплавить его на самом жарком огне и посмотри, что получится. Заметь, успеха я не гарантирую; я только хочу сказать, что на Земле и на других известных мне планетах обычно стекло изготовляют из песка, в который для пользы дела добавляют некоторые другие вещества. Только будь я проклят, если знаю, как объяснить тебе, что это за вещества и где их искать…

— Благодарю тебя; я сейчас отряжу кого-нибудь для работы с огнем, а сам тем временем поищу кусочек линзы, хотя боюсь, что после такого удара остались только крошки. Зря мы стали разбирать этот прибор на краю кургана; эта штука, которую вы называете «цилиндр», так и покатилась вниз…

Помощник наконец отошел от радио и сейчас же натолкнулся на Барленнана.

— Твоей вахте пора заступать к пластинам, — сказал капитан. — Я сейчас спускаюсь к реке. Тебе что-нибудь нужно для работы?

Дондрагмер рассказал о предложении насчет песка.

— Если можно, принесите немного песка, большого огня я разводить не собираюсь. Или у вас и без того будет полно груза?

— Никакого груза у меня не будет; просто я намерен развлечься. Сейчас, когда весенний ветер улегся и отовсюду опять дуют старые добрые бризы, самое время попрактиковаться в навигации. Что толку от капитана, который не умеет управлять кораблем?

— Это уж точно. Что, Летчики не рассказали, зачем у них этот машинный отсек?

— Рассказали, и очень много. Только я проглотил бы эти их объяснения гораздо легче, если бы смог уверовать во все эти штучки насчет искривления пространства. И закончили они старой песней, что-де словами этого не объяснишь. Чем же, кроме слов, можно еще объяснять, скажи на милость?