Читаем Переступить черту полностью

– Не признался.

– Муж позвонил вам?

– Да, в тот же день. Он изложил мне совершенно иную историю. Оказывается, часы не были украдены – он обманул жену, сказав ей это, а на самом деле он тайком от нее продал часы вместе с остальными ценностями. Он был смущен и нервничал; объяснил мне, что ему пришлось продать все это из-за большого проигрыша в казино, который он скрывал от жены.

– И он придумал историю с ограблением.

– Да.

– А вы не знали, что он азартный игрок?

– Нет, я ничего не знал о нем, кроме того, что он живет в Беверли-Хиллз. Но он платил наличными. Правда, я с самого начала подозревал, что он приехал в Лас-Вегас не только ради часов.

– Где он работает?

– Он врач, но какого профиля – не знаю.

Босх подумал, что если все это правда, то вряд ли часы связаны с убийством Лекси Паркс и он зря потратил время на эту версию. Он постарался скрыть свое разочарование.

– Он не сказал, где и кому продал часы?

– Я не спрашивал об этом. Наш разговор был коротким. Он только хотел предупредить меня, что все, рассказанное мне его женой, не соответствует действительности. Он спросил, не сообщил ли я об этом полиции, и я ответил, что хотел сначала поговорить с ним.

Босх кивнул, внимательно глядя на Жерара. Тот многое раскрыл Босху, но это, казалось, не уменьшило тревогу, которую часовщик явно испытывал.

– Больше вы ничего не хотите сообщить мне, мистер Жерар?

– Сообщить еще что-то?

– Да, связанное с этой историей. Может быть, вы что-то упустили?

– Да нет, это все, что он мне открыл.

– Значит, вы не звонили в полицию?

– Нет, я сказал ему правду.

– А с миссис Гаррик вы не говорили об этом? – спросил Босх.

Жерар опустил глаза, сосредоточившись на сложенных на столе руках, и Босх понял, что нащупал что-то важное.

– Вы говорили с ней, – сказал Босх.

Жерар промолчал.

– Вы сказали ей, что приобретенные ею часы, должно быть, краденые?

Менеджер кивнул, не поднимая головы:

– Она позвонила, чтобы узнать, не починили ли мы уже ее часы. Это было в промежутке между моим разговором с женой доктора и его звонком мне. Я ответил миссис Гаррик, что, получив от нее часы, я заказал стекло для замены. Затем я спросил, где часы были приобретены, она ответила, что на распродаже в одном из ювелирных магазинов Лос-Анджелеса.

– «Нельсон Грант и сыновья»?

– Я не помню названия.

– И что же вы ей сказали?

– Я честно ответил, что заменить стекло не составит труда, но я не уверен, что имею право это делать, так как возникает вопрос о том, кто является владельцем часов.

– Какова была ее реакция?

– Она была порядком шокирована и сказала, что ее муж купил часы вполне законно в ювелирном магазине и что он полицейский. Она добавила, что ни за что не стала бы покупать краденые вещи, что это подорвало бы ее репутацию, она потеряла бы работу. Она была очень расстроена тем, что я мог заподозрить ее в этом. Я извинился и постарался успокоить ее. Сказал, что ожидаю дополнительной информации, и попросил позвонить мне через день или два, когда я буду знать об этом больше.

Жерар наконец поднял глаза; в его взгляде сквозило сожаление по поводу этого телефонного разговора.

– А потом вам позвонил врач.

– Да, и сказал, что он продал часы.

Жерар покачал головой при мысли, что зря поднял тревогу.

– Вы не сообщили об этом миссис Гаррик?

– Да, я позвонил ей. Она, конечно, сердилась, но с этим я ничего не мог поделать. Есть люди, которых не разжалобишь. Я торговец и очень хорошо это знаю.

Босх кивнул. Все это, очевидно, ничего ему не давало. Указав на часы, он задал последний вопрос:

– А почему они все еще у вас?

Жерар взял часы в руки и задумчиво посмотрел на них. Босх при этом заметил желтый почтовый бланк, приклеенный к папке. Читая вверх ногами, Босх тем не менее легко разобрал фамилию – доктор Шуберт – и номер телефона с индексом триста десять, относящимся к территории Беверли-Хиллз.

– Мы не договорились с ней об оплате ремонта, – ответил Жерар. – Я вставил новое стекло и попытался связаться с ней, но телефон, номер которого она прислала вместе с часами, был отключен. Я решил подождать, когда она сама позвонит, а затем, откровенно говоря, забыл об этих часах. У меня много другой работы. А оказывается, она умерла, ее убили.

Босх вздохнул. Он знал, что после смерти жены Винсент Гаррик ликвидировал номер телефона, по которому менеджер пытался дозвониться до нее.

– Очень печальная история, – сказал Жерар.

– Да, – согласился Босх.

Жерар положил часы на стол и робко спросил, словно боялся услышать положительный ответ:

– Ее убили из-за часов?

– Вряд ли, – ответил Босх.

Менеджер снова взял часы и стал упаковывать их в мягкий чехол. В этот момент Босх заметил какую-то надпись на задней крышке корпуса.

– Простите, можно взглянуть? – спросил он.

Взяв протянутые ему часы, Босх перевернул их и прочитал надпись: «Винс и Лекси. Навсегда и на один день», а затем вернул часы Жерару.

– Последний вопрос, и я не буду больше вам досаждать, – сказал он.

– Да, пожалуйста.

– Как вы думаете, почему она послала вам часы в мягком чехле, а не в шкатулке?

Жерар пожал плечами и спросил:

– А шкатулка была?