Читаем Перенос (СИ) полностью

Мы едва разглядели чей-то труп. И явно не детский. «Ледяной Шторм» хаотично разбросал обледеневшие тела, и они уже подтаивали, превращаясь в вонючие лужицы. Пещера пахла, как сломанный рефрижератор с размороженным мясом. Только зверь мог уловить в таком смраде какой-то особенный запах.

Фэй мило улыбнулась Моне, и воодушевленный гигант послушно отправился на разведку. Коварству и обаянию суккубы оставалось только завидовать.

– Ох, какая дева! Скорей ныряй в мой тихий омут, ты нравишься моим чертям! – он восхищенно цокнул языком. – Сюда! Тут красивая голая баба!

Мы осторожно подошли рассмотреть находку. Одежды действительно не было. Едва ли в ней нуждались. Золотые локоны, роскошные плечи, полная упругая грудь – прекрасная мертвая женщина. Совершенную красоту не испортила даже смерть. Похоже, в хаосе боя бедняжку накрыло масс-спеллом. Без брони хватило бы и плевка, а хитов, видимо, у нее было совсем мало. Это восхитительное существо полагалось только на защиту многочисленной свиты.

– Сирена? – глубокомысленно предположил я то, что и так все знали. – Богиня Плодородия?

– Нет, конечно, – впервые за последнее время улыбнулась мне Анечка. – Рейд-босс на нижних этажах лабиринта. Мы туда не пойдем. А это простой рарный моб.

– А может, и не такой простой… – задумчиво произнесла Фэй. – Давайте выкопаем ее. Монечка, вперед! Там внизу самое интересное! – Она игриво шлепнула его по заднице.

Глуповато улыбнувшись, тот принялся с энтузиазмом разгребать камни. По мере раскопок радостное возбуждение сменяла гримаса ужаса и отвращения. Как оказалось, тонкая талия переходила в мягкое паучье брюшко, сегментированное жестким хитином. Шесть лап, покрытых длинными черными волосками, заканчивались ухоженными цепкими когтями с затейливым маникюром. Похоже, сирена хорошо следила за собой в перерывах между трапезами. А ее излюбленным рационом были незадачливые приключенцы.

Но ужасала даже не обманчивая мимикрия этого чудища, а то, чем заканчивалось туловище. Гуманоидноподобный нарост словно обнимал его сзади. В расплывшемся силуэте с трудом угадывалась человеческая голова. Глазницы и рот заросли полупрозрачной кожей, пронизанной тончайшей сеткой кровеносных сосудов. Человек буквально вплавился в монстра, став его органом.

– Вот так сюрприз! Интересно-интересно… – вполголоса бормотала Фэй, деловито ощупывая еще теплый хитин пальчиками. – Та-ак… Общая кровеносная и выделительная система. Пенис жертвы аномально увеличен и врос в яйцеклад хищника. Некоторые органы атрофированы, но самые важные сохранены и даже продублированы.

– Что это за гадость? – жалобно спросил Моня, брезгливо отряхивая руки.

– Почему гадость? Нет, это удивительное существо! – с нескрываемым сарказмом заявила Фэй. – Сирена превратила мужчину в придаток, непрерывно обеспечивающий ее спермой. Логичный и давно ожидаемый виток эволюции.

– Да кто его ждет-то? И почему вдруг логичный? – запротестовал великан.

– Да потому, что от недалеких агрессивных самцов всегда только проблемы. Войны, амбиции, ревность – избыток тестостерона сводит с ума.

– Но не все же так агрессивны! – решительно возразил Моня.

– Тогда это уже не мужчина, а тряпка, что еще хуже! Он бесполезен! – парировала суккуба со смехом, смотря на него снизу вверх. Ей доставляло удовольствие издеваться над таким великаном. – Разве это так плохо? Бесконечный оргазм и никакой работы. Такому счастливчику даже думать не надо. Впрочем, тут уже и нечем. Неудивительно, что мозг зацикливается в наслаждении и погружается в кому.

– Так вот что стало с разведчиками… – потрясенно прошептал Моня. – Поэтому в деревне мужчин больше и нет…

– Угу. Счастливый овощ. Сладкое бессмертие в похоти. Хочешь, я сделаю и с тобой нечто похожее? – промурлыкала Фэй, протягивая к нему руки с хищно растопыренными пальчиками. Скорее всего, она давила на Моню сознательно, словно вакцинируя анти-сиреновской сывороткой.

Гигант потрясенно отпрянул и едва не упал, споткнувшись о камень. Ему было не до шуток. Многих пропавших он знал лично.

Я тоже не разделял игривого настроения Фэй. Она моб и давно свыклась с этой мыслью, а эти люди еще живы. Возможно, со смертью «хозяек» они, наконец, выйдут из комы. Или наоборот – умрут? Этого никто из нас не знал.

Даже мертвая, сирена была невероятно красива. Раскинув изящные тонкие руки, она лежала на спине с открытыми глазами цвета весеннего неба. Женщина-паук – красивая и уродливая одновременно. Обманчиво прекрасный верх и скрытый от всех низ, стыдливо прятавший свою страшную тайну.

Да уж… «Вместе в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит их». Телесная страсть, доведенная до абсурда. Апогей животной любви в ее абсолютном и окончательном проявлении.

– Думаете, игрок теперь выйдет из комы? – спросил я, надеясь, что мы никого не убили в реале.